Читаем Маскарад (СИ) полностью

Но если любопытство через какое-то время и ослабло, то эффект, произведенный недовольным взглядом зеленых глазок, оказался на редкость продолжительным. Уже задумчиво бредя по улицам после работы, Ки не мог отделаться от тревожного ощущения, что мальчик идет за ним по пятам и метает в его спину один за другим враждебные взгляды. Однако, первое время непрестанно оборачиваясь, он обнаруживал за спиной лишь редких прохожих, не обращавших хоть сколько-нибудь внимания на подозрительно оглядывавшегося юношу. Не исключено, что они вообще его не замечали, — настолько пустыми казались выражения их лиц. Хотя Ки уже привык к мысли, что обычно люди внутренне светились при виде него. Эти же прохожие были куклами с заводом и ключиком в спине.

В конце концов ему надоело все время дергаться в поисках мнимого преследователя, и он бросил это бесполезное дело. А вскоре и вовсе остался один. Лишь теплый ветерок время от времени давал знать о своем присутствии.

Безлюдная улица вела его к набережной города, где они с братом условились встретиться, перед тем как навестить старую швею и забрать окончательный вариант костюма вместе со всеми прилагающимися украшениями. По сторонам высились различные административные здания. Безоблачное небо голубело над головой, легкое и необремененное заботами. Удушающая жара уже спала, позволив жителям вдохнуть наконец полной грудью теплый воздух.

Размышляя над превратностями судьбы, принявшими в этот раз вид кринолинов и женских чулков, Ки рассеянно глядел на мощенную мостовую под ногами.

Живя в маленьком городке, которому скорее подходило определение «деревушка», он привык к непрерывному жужжанию, раздававшемуся из садиков, заменявших, как правило, лужайки перед домами. К тому же соседи держали за домом миниатюрную пасеку, щедро поспособствовав тому, что этот звук стал у многих жителей их улочки ассоциироваться с домом, уютом и защищенностью. Вот почему он не сразу обратил внимание на появившееся где-то за его спиной жужжание, становившееся к тому же с каждой секундой все интенсивнее. А заметив, стал как вкопанный, пытаясь осознать, что не так в окружающей его действительности.

Аллея была пуста. Закатное солнце приветливо ее освещало. Ветерок не доносил до него эха людских голосов, ограничиваясь лишь приятными ароматами из кафе, булочной или магазина цветов. И на первый взгляд в том не было ничего необычного, кроме пчелиного жужжания за спиной, совершенно не вписывающегося в городскую атмосферу.

Ки осторожно повернул голову, дабы невзначай бросить взгляд за спину, — повернуться всем телом у него не хватило смелости. Он всего лишь краем глаза увидел за спиной что-то черное. Висящее на уровне его груди. Большое, круглое и находящееся в непрерывном движении. Времени и желания рассматривать этого странного преследователя у него не было, поэтому юноша тотчас же без раздумий сорвался на бег.

Он не питал особых надежд на то, что ему удастся оторваться от того, что не отставало от него ни на сантиметр. Как назло, а может, и на радость, на встречу не попадалось ни одного человека. Все словно вымерли или были разом стерты из этого мира большим ластиком. Что наводило еще больший ужас на одиноко бегущего по абсолютно безлюдной улице паренька.

Аллея тянулась бесконечно, хотя по его расчетам должна была уже давно закончиться перекрестком. В его голову грешным делом даже закралось подозрение — а не снится ли ему все это? Реалистичные сны не редкость в его жизни. Но каким-то образом раньше с ним всегда было знание о том, что это все же сон, — этакий нематериальный компаньон, вселяющий уверенность и дающий поддержку. Теперь же Ки не был уверен ни в том, что все происходящее — игры его разума, ни в том, что все происходит наяву.

Отчаявшись добраться до конца улицы, он резко развернулся и застыл истуканом, глядя, как медленно нечто подплывает к нему.

Нечто было абсолютно круглым, состоящим то ли из мелких мух, то ли из нитей — юноша не мог разобрать, настолько быстро его составляющие двигались. Оно издавало непрекращающееся жужжание, уже не казавшееся ему уютным и надежным, но скорее знаменовавшее собой нечто зловещее и жуткое. Начав увеличиваться в размерах прямо на его глазах, вместе с тем оно становилось более плоским. Ему на ум невольно пришло сравнение с паучьей сетью, готовой в молниеносном броске заключить жертву в свои липкие смертоносные объятия. Ничего хорошего не ожидало того, кто норовит попасть в эти черные плетенные тиски.

Ки прошил страх. Шаг за шагом отступая от надвигающейся на него опасности, он почувствовал, как по предплечьям мурашками бежит нестерпимый зуд, сбивая всю его концентрацию.

Внезапно плечо сжала чья-то рука, и его сердце, объятое всепоглощающим страхом, ушло в пятки, совсем как у ненавистного трусливого зайца из его любимых в детстве сказок. Ки подпрыгнул на месте и шарахнулся в сторону, выставив перед собой руки со скрюченными пальцами.

— Но-но, Бомми, нервный мальчик, спрячь свои коготки.