Несколькими минутами позже Ки вылетел вслед за ушедшим человеком на темную мокрую улицу и резко затормозил. Имело ли смысл таиться, если за ним все равно шла несусветная слежка, как за преступником высшей категории? Ки рассудил, что не имело, поэтому смело перебежал на противоположную сторону, проверить правдивость слов, касавшихся местонахождения Чжонхёна. Однако попасть внутрь здания ему не удалось по той причине, что в нем располагался закрытый клуб, свободный вход в который имели только его члены. Попытавшись несколько раз в него проникнуть и потерпев сокрушительное поражение, он был вынужден ретироваться.
Что ж, проверить сказанное ему, видимо, не удастся.
— Зараза! — крикнул Ки, с размаха пнув попавшийся на пути камешек. Преграды, всюду преграды.
Внезапно кто-то зажал рукой его рот и утащил обездвиженного мычащего юношу в ближайший темный проулок, рядом с которым черной тенью высился сломанный фонарь. Только они оказались скрыты от людских глаз, как его поставили на землю и больно прижали спиной к холодной кирпичной стене рядом с огромным переполненным мусорным контейнером, источавшим омерзительный гнилостный запах.
— Что это ты тут буянишь, Бомми?
— А я совсем и не буяню, — как-то чересчур поспешно пропищал Ки, взволнованный непозволительной близостью Чжонхёна. — Иду себе спокойненько, пинаю камешки, никому не мешаю.
— Опять шпионишь? Вынюхиваешь что-то?
— Делать мне нечего, — фыркнул он, отворачивая лицо в сторону.
— На кого ты работаешь?
— Исключительно на себя самого.
— Тогда что ты здесь делаешь? Зачем устроил весь этот шум на входе?
— Доложили уже про шум, да? — язвительно выплюнул он.
— Ко мне подбежал взволнованный консьерж и сообщил, что какой-то очень буйный юноша устраивает на входе смуту и рвется меня увидеть, — сообщил ему Чжонхён. — Бомми, ты соскучился по мне? — он уткнулся носом в сгиб его шеи. Ки весь скрючился, стараясь избежать прикосновения к коже чужого дыхания, резко контрастировавшего своим жаром с холодом ночи. Оно делало его каким-то беспомощным, а Ки очень не любил чувствовать беспомощность.— Так скоро? Я невероятно польщен.
— Чего?! — он ловко вывернулся и отскочил от ухмыляющегося Чжонхёна на пару шагов. — Вот еще! А ну подальше от меня. Желательно на пару десятков метров. Или километров. Нет! Лучше километров.
— Должна же быть причина твоего появления здесь. Может, ты не разобрался, как пользоваться моим подарком? Тебе помочь? — тихий голос испугал Ки еще больше внезапных объятий.
— Какой подарок? — вновь тонким голосом пропищал он, с ужасом глядя на уверенно наступавшего на него Чжонхёна.
— Я думал, тебя очень раздражают твои очаровательные пятнышки.
— Раздражают! И… Что? Так это твое добро? — он вытащил из кармана захваченный с собой тюбик.
— Очень мило, ты его даже прихватил. Нет, мой запасливый Бомми, это добро вот уже несколько часов как твое, но я с удовольствием помогу тебе правильно распорядиться его содержимым.
Либо у Ки паранойя, либо неясный подтекст, который ему мерещился во многих словах Чжонхёна, действительно существовал, хотя юноша пока не мог раскусить этот скрытый смысл.
— У меня есть руки, сам справлюсь, — язвительно ответил он, пряча крем в карман. Если тот мужчина был прав, Чжонхёну незачем подсовывать Ки что-нибудь вредоносное, и мазью можно было смело пользоваться.
— Не сомневаюсь, — хмыкнул его оппонент, тесня юношу к стене. — Все же, если станет совсем скучно одному, обращайся. Я охотно помогу тебе прогнать грусть.
— Причем здесь грусть? — непонимающе прошептал вновь прижатый к стене Ки.
— При том же, при чем и руки, — Чжонхён поднес его ладони к губам и припал в мягком поцелуе к середине каждой из них. Ки поспешил вырвать свои ладони из чужой хватки.
Ему очень не нравилось настроение, в котором пребывал Чжонхён. Пожалуй, из всех настроений, именно это пугало его больше всего. Он смотрел на темный расплывчатый силуэт перед собой, видел насмешливый блеск глаз и зубов, и не мог взять в толк: неужели вот это человек сделал что-то с Тэмином? Порезал его на кусочки, как в тех рассказах? Распихал их куда можно? С… съел?!
Нет-нет-нет, тут же сам себя принимался он уверять. Он бы обязательно почувствовал отсутствие брата в этой жизни. Тэмин жив. И это не обсуждалось.
И если он хочет узнать подробности, найти новые зацепки, ему придется идти ва-банк и ввязываться в грязную игру. Ввязываться в самом ее разгаре и стремительно вникать во все правила. Тонуть в ней с головой без возможности возврата. Это было очень рискованно, но Ки внезапно почувствовал прилив какой-то безбашенности.
Он несмело положил правую руку на талию Чжонхёна, дрожащей левой сжал его плечо и заикающимся голосом произнес:
— Я… я х-хотел купить… то есть курить. Мне сказали, что у тебя можно добыть сигареты.
— Можно. Только тебе совсем не обязательно их у меня покупать, — услышал он в ответ тихий шепот. Совсем рядом со своим лицом.
— Правда? — приободрился Ки. — Ты отдашь мне их забесплатно? — с волнением выдохнул он.
— А ты хочешь? — почувствовал он ответный выдох.
— Да.
— Сильно?