Читаем Маскарад (СИ) полностью

— Мой маленький целитель утомился? — поинтересовался Чжонхён, с удобством устроившись в единственном имевшемся в комнате кресле — старом, дряхлом и кое-где сломанном, сиротливо ютившемся в углу рядом с кроватью. — Бомми, детка, не стоит так над собой издеваться.

========== Часть 11 ==========

— Вы! — выдохнул юноша, ощущая, как от страха переворачиваются внутренности. Раздался щелчок, будто его сердце на момент дало сбой, сбилось с четкого ритма. Грудь прожгло воображаемым кончиком раскаленного добела прута. Запахло паленым.

Чжонхён был облачен в тот же костюм, что и тогда у кафе. Не хватало только испачканного кровью платка в его руках.

— Ну ты еще пальцем в меня ткни, будь невоспитанным мальчиком, — упрекнул тот юношу в невежливости.

Ки невольно смутился. Действительно, что он как невежда и грубиян? Нужно чай поставить, стол накрыть, печенье, конфеты достать и все такое. Покормить незваного гостя…

— Бо-омми, — позвал его Чжонхён. Дождавшись, пока Ки поднимет на него сверкающий взгляд, он проговорил: — Успокойся.

Чжонхён выглядел расслабленным, сидя в кресле, закинув ногу на ногу, и по всем признакам чувствовал себя как дома. Его опрятная пошитая на заказ одежда создавала яркий контраст с убогостью комнаты, в которой он оказался по чьей-то, возможно, своей, прихоти. Тем не менее, даже в этом контрасте присутствовала какая-то частичка странной гармонии и правильности. Несмотря на свое положение, этот человек был неразрывно связан с подобными местами. Они уже принимали его за своего, плавно сливаясь с этой на первый взгляд чужеродной деталью в цельную картину.

Как бы там ни было, но для Ки сейчас он все же являлся лишним элементом, нарушающим целостность композиции. И мокрица, неспешно проползшая по стене и скрывшаяся в пещерке отошедших обоев, лишний раз убедила его в этом. Здесь не было тараканов, увы. Тараканы в такой сырости не водились. Но Ки не скучал, сожительствуя с мокрицами. Маленькими, серыми, водянистыми отвратительными мокрицами. Богач спустился в трущобы к мокрицам побольше, чтобы пачкать свою дорогую одежку.

— А ты упрямец, каких поискать, — удивленно поднял брови Чжонхён.

— Что вы здесь делаете? — враждебно поинтересовался Ки.

— Сядь на кровать, — прозвучала вежливая просьба.

Юноша же в этой просьбе ясно услышал приказ. Он неохотно, но без возражений повиновался.

— Что вы здесь делаете? — повторил Ки свой вопрос, усевшись в изножье скрипящей кровати, подальше от изголовья, у которого стояло злополучное кресло.

Чжонхён тихо вздохнул, как человек, уставший повторять тупоголовым ученикам, что мозг не должен спускаться в гости на нижние уровни тела и вообще не должен отлучаться со своего места.

— Бизнес делаю, Бомми, — он бросил на юношу темный взгляд, приморозивший того к покрывалу. Судя по всему, тема была исчерпана.

— Что вам нужно от меня?

— Я говорил, что мне от тебя что-то нужно?

— Всем всегда что-то нужно.

— Бомми, не суди людей по себе. В мире полно бескорыстных личностей.

— Но вы не из таких.

— Не из таких.

— Как вы здесь оказались?

— Меня впустили.

— И все? Просто впустили?

— Просто впустили.

Чжонхён с любопытством следил за лицом сидящего на самом краю матраса юноши и искренне забавлялся увиденным. Ки нервно мялся, находясь на собственной территории, но не ощущая себя полновластным ее хозяином. В то же время он был напуган, раздражен и сбит с толку. Сумятица в мыслях невольно отражалась на его лице. Его глаза лихорадочно перемещались с предмета на предмет, с наличием которых дело обстояло более чем скромно. Тем не менее, это не мешало взгляду юноши волшебным образом избегать необходимости смотреть на угол, в котором сидел его неожиданный гость.

— Бомми, сядь ближе ко мне.

— Зачем? — испугался Ки.

— Я тебя не вижу.

— Мне и здесь неплохо сидится.

— Будешь со мной спорить?

Подавив негодование, Ки придвинулся на небольшое расстояние к сидящему в кресле Чжонхёну.

— Ты надо мной смеешься?

— Зачем вы здесь? — Ки нахмурился, проигнорировав предыдущую реплику собеседника.

— Идем по второму кругу? Пришел справиться о твоем здоровье.

— О моем… что? — остолбенело раскрыл рот юноша.

— Что за удивление? Неужели я не могу узнать, как ты поживаешь?

— Я? Поживаю?

Либо он чего-то недопонимает, либо упустил какую-то важную деталь, пришло Ки в голову. С чего вдруг этому человеку интересоваться им?

— Какое вам вообще до этого дело? И откуда вы знаете о моем?..

— Птичка на хвостике донесла.

На взгляд Ки Чжонхён обладал потрясающей выдержкой и терпением. Любой другой человек давно бы взорвался негодованием, столкнувшись с подобным хамством, будь он хоть сто раз вызван страхом. А этот мало того, что сохраняет спокойствие, так еще и издевается над ним.

— А, ну да. У вас там целая птицефабрика должна быть, — пробурчал Ки едва слышно. — Осталось выяснить, какая курица донесла на меня.

— Что ты бормочешь?

— Я говорю, что у меня нет денег на неустойку.

— Не волнуйся, твои гроши мне без надобности.

— А со здоровьем у меня все в порядке.

— Не могу поверить тебе на слово.

— Что?

— Бомми, детка, ты все еще сидишь слишком далеко.

— Мне здесь удобно.