Читаем Маскарад (СИ) полностью

— Не стану скрывать, Чжинки, я всегда ревновал своего друга к вам. Даже несмотря на то, что физически вы никогда не были рядом с нами, я всегда ощущал ваше досаждающее присутствие, — сквозь зубы проговорил Минхо. — Но теперь я, можно сказать, увидел воочию то, чем так восхищался в вас Тэмин. И абсолютно ничего не могу противопоставить этому, к своему глубочайшему сожалению.

Чжинки смешался, одновременно чувствуя себя польщенным, но и ощущая легкую тревогу.

— Мне всегда казалось, что стоит Тэмину к вам вернуться, и я навсегда лишусь того, что так дорого моей душе, — Минхо глядел невидящим взглядом на толпу. — Вы его украдете у меня. После встречи с вами это чувство только усилилось.

Сделав свое ошеломительное признание, он угрюмо замолк.

— Но… — подсказал Чжинки, слушая его, затаив дыхание.

— Да, Чжинки, вы правы: всегда вмешивается пресловутое «но» — «но разве можно лишиться того, чем никогда и не обладал?».

— Вы это спрашиваете у меня?

— Нет. Пожалуй, этот вопрос — риторический, — уныло возразил Минхо.

— Я не знаю, что и сказать.

— А потому молчите. Это разговор не для подобных мероприятий. Советую вам вообще отсюда уйти, вы здесь не отыщете ни одной зацепки. Люди сюда приходят за совсем иными вещами.

— Иными! Может, кто и проболтается, откуда вам знать.

Минхо вдруг поглядел на Чжинки одним долгим раздраженным взглядом.

— Чжинки…

Молодого человека прервал запыхавшийся лакей, отведший Минхо в сторону и яростно что-то ему зашептавший. Чжинки что есть сил напрягал слух, однако, как и ожидалось, в таком шуме расслышать что-либо было абсолютно невозможно. А в следующий миг его намерения раскрыл сам Минхо, вновь бросивший на него нахмуренный взгляд. Чжинки тотчас же принял вид равнодушный и незаинтересованный, стараясь внушить тому, что отнюдь не пытался подслушивать ничего в последние пять минут. И Минхо, кажется, поверил. Хотя по его виду вообще трудно было что-либо определить наверняка.

— Извините меня, Чжинки, мне нужно идти, — сообщил тот спокойным голосом после поспешного ухода лакея.

— Проблемы?

— Нет, все в порядке. Дела не ждут.

— Хорошо, — кивнул Чжинки, выглядя чуть разочарованным.

— Прощайте, Чжинки.

Подождав, пока Минхо скроется с его глаз, Чжинки недолго думая последовал за ним. Минхо не извинился за свою вспышку, значит, он еще не успокоился до конца. А напускное равнодушие подстегнуло любопытство Чжинки, давая богатую пищу для воображения, которое заставляло его думать подчас о совсем немыслимых вещах. Слишком лакей выглядел взволнованным для человека, несущего новости о том, что « все в порядке». Чжинки не мог оставить этот факт без внимания.

Окунувшись в прохладу коридора, крадущейся походкой он заскользил вдоль покрытых грязно-голубой тканью стен и, все время воровато оглядываясь, старался не упустить звук знакомого голоса. Голос Минхо звучал глухо и временами перебивался взволнованным голосом лакея, те не менее, говорили они не настолько громко, чтобы Чжинки сумел уловить суть разговора. По интонациям он смог сделать вывод о важности происходящего, но и только.

Наконец коридор вывел его в какое-то помещение наподобие фойе. Тут была и величественная мраморная лестница, ведущая на верхние этажи, и высокий потолок с впечатляющей люстрой. Высокие окна и дверь выводили в благоухающий сад. На светлых стенах висели небольшие акварельные изображения былых дней. И тут же рядом с ними — огромные портреты дам и господ.

Однако взгляд спрятавшегося за углом Чжинки рыскал в поисках Минхо и его лакея, внезапно пропавших, очевидно, за какой-то неизвестной ему дверью. Простояв полминуты в ожидании чего-то, Чжинки уже собирался выйти из своего укрытия, как заметил движение рядом с лестницей.

— … и он отрубился сразу же, — тараторил лакей, направляясь в сторону выхода в сад. — Ну, мы и оттащили его сюда, а то последняя старуха уж больно перепугалась от его напористости. Видать, в первый раз попала сюда. И откуда только у мальца столько сил?

— Будь, пожалуйста, повежливее, — произнес шедший за ним следом Минхо, который нес кого-то бессознательного на руках. У Чжинки дрогнуло сердце, когда он узнал знакомые рыжие завитушки на прислоненной к плечу Минхо голове. Трясущимися руками он схватился за стену, затаив дыхание наблюдая за двоими

— Извините, сэр, — поклонился лакей, открывая стеклянную французскую дверь для Минхо.

— Старательный сударь не смог охмурить благородную мадам до бессознательности, поэтому она очень испугалась.

— Посмейся мне еще.

— Простите, сэр, больше не буду.

Тэмин был на бале…

Чжинки смотрел на закрывающуюся дверь, открыв рот.

Тэмин был на бале, а он его не заметил! Что же он за брат после такого?! Но, может, его не было непосредственно на самом бале? Может…

Спохватившись, Чжинки подлетел к стеклянной двери и стремительно выбежал на дорожку, вьющуюся между деревьев. Тропинка вывела его к небольшой калитке, за которой уже перебирали копытами запряженные в экипаж лошади. Минхо забрался внутрь него, бережно прижимая к себе свою ношу, крепко завернутую в темное одеяло. Лакей полез на козлы к кучеру.