Если, конечно, убийца не проследил тебя от Атланты до Греции...

Чепуха.

На телефоне в гостинице ждало сообщение от Маркуса. Оставлено оно было явно не вовремя. Дебора начала привыкать к мысли, что Маркус союзник, даже друг. Таинственное послание по электронной почте — хотя умом она могла обвинять какого-нибудь глупого шутника — несколько пошатнуло эту убежденность. Со временем все снова успокоилось бы, но пока Дебора не была склонна к долгим разговорам с Маркусом.

— Дебора, — произнес он напряженным, настойчивым голосом, — куда вы, черт побери, пропали? Я говорил с диспетчером в Пирее. В следующем месяце только один американский контейнеровоз проходит Коринфским каналом. Он должен был прийти через три недели, но, по-видимому, задержался в Новом Орлеане. Я еду в Коринф — постараюсь выяснить, в чем там дело. Перезвоните мне.

От Коринфа было рукой подать до Микен. Она как-то чувствовала, что в конце концов окажется там.

С помощью портье «Ахилла» Дебора забронировала номер в не слишком дорогой гостинице в Коринфе, собралась и позвонила Маркусу, втайне надеясь, что того на месте не окажется. Телефоны в его гостинице были без автоответчика, и оператор спросил, желает ли она оставить сообщение. Дебора не хотела ждать, пока Маркус вернется. Ей не терпелось сделать хоть что-нибудь.

— Да, — сказала она в трубку. — Передайте ему, что звонила Дебора и что в Коринфе я остановлюсь в гостинице «Эфира».

Оставалось еще одно дело. Дебора спустилась к пожилому портье.

— Я хочу сделать международный звонок, но не знаю нужного телефона, — объяснила она, — только фамилию и имя.

— Можно попробовать, — ответил он. — Хотя это, наверное, дорого.

— Ничего страшного.

— Какая страна?

— Россия, — сказала Дебора. — Москва. Женщину зовут Александра Волошинова.

Если он и удивился, то не показал виду.

Он сделал три звонка, говоря по-гречески и в перерывах записывая какие-то номера. Во время последнего разговора он перешел на английский, а потом передал ей трубку. Голос на другом конце линии был женским, и в нем слышался акцент, который Дебора сочла за русский.

— В Москве живут три Александры Волошиновы. Желаете все три номера?

Дебора записала все, положила трубку и набрала первый номер из списка.

Ответивший мужчина не говорил по-английски и рассердился, когда она повторила свой вопрос. Когда тот бросил трубку, портье саркастически улыбнулся и подчеркнул второй номер.

— Да, — произнес женский голос по-русски.

— Простите. — Дебора старалась говорить помедленнее, страшно жалея, что не знает русского. Ее внезапно охватило ощущение тщетности и идиотизма. — Я пытаюсь найти Александру Волошинову, но я не говорю по-русски. Я американка. Я звоню насчет...

— Моего отца, — продолжила та равнодушно. — Я уже знаю.

— Сочувствую вашей потере. — Дебора говорила совершенно искренне, хоть и понимала, как фальшиво это звучит.

— Есть что-то новое? — спросила женщина. В ее голосе не было ни надежды, ни даже любопытства.

— Да нет. — Дебора чувствовала себя предательницей. — Я хотела задать вам пару вопросов.

Женщина не ответила, и Дебора продолжила:

— Вам известны человек или место, связанные с вашим отцом, имя или название которого начиналось бы с букв «МАГД»?

Женщина не колебалась:

— Магдебург. В Германии. Он жил там некоторое время.

Снова Германия?

— Ваш отец работал в Министерстве внутренних дел. — Дебора говорила медленно, стараясь выиграть время. Она не была уверена, что еще хочет знать. — МВД?

На этот раз возникла пауза.

— Да. Много лет назад.

— А что он делал?

— Что он делал? — повторила та недоуменно.

— Его работа, — пояснила Дебора.

— Понятия не имею, — ответила Александра.

Дебора нахмурилась, внезапно уверившись, что ее обманывают.

— Простите, не понимаю, — сказала она, стараясь говорить вежливо.

— МВД, — упрямо повторила женщина. — Он работал там.

Дебора сменила тактику.

— А что такое МВД?

— Этой организации больше не существует, — сказала Александра Волошинова. После очередной долгой паузы она добавила с заметной неохотой: — Сначала она называлась НКВД.

— НКВД? — повторила Дебора.

Портье, слушавший их разговор с умеренным интересом, резко выпрямился. Его глаза внезапно расширились, взгляд стал каким-то затравленным. На мгновение Деборе показалось, что он сейчас попятится. Она одними губами спросила его: «Что?», но он только таращил глаза. Его обычная непринужденность исчезла.

— Простите, — сказала Дебора в трубку. — Я не знаю, что это такое.

— Я не хочу обсуждать такие вещи, особенно по телефону, — ответила женщина.

— Пожалуйста, — сказала Дебора. — Что это — МВД, НКВД?

— Своего рода полиция, — ответила Александра, и Дебора почувствовала, что даже этот недостаточный ответ стоил ей больших усилий. — Тайная. Они вели наблюдение — за границей и дома.

— Вроде шпионов? — спросила Дебора, по-прежнему не сводя глаз с застывшего портье.

Как могли несколько заглавных букв вызвать такой ужас?

— НКВД стал МВД. — В голосе женщины прозвучал откровенный страх. — МВД стало КГБ.

Эти буквы Дебора знала.

Глава 34