Читаем Машина Уриила полностью

Нападение произошло глубоко в тылу, точнее, это было всеобщее восстание на юге Британии, во главе которого встала Боуддика, дочь вождя племени иценов. Она вскоре захватила Лондиний, Куломодун и Веруламий и возвратила место собраний друидов на юге. Паулину пришлось выступить против победоносной Боудикки. Он разгромил ее около современного города Бирмингема,' обойдясь с ней и ее сторонниками столь сурово, что мог вызвать новое возмущение местных жителей.

Тацит так описывает произошедшие события:

«Распаляя друг друга такими и подобными речами, они (британцы) под предводительством женщины царского рода Боудикки (ведь применительно к верховной власти над войском они не делают различия между полами) все как один поднялись против нас. Истребив рассеянных по заставам воинов и захватив приступом крепости, они ворвались в колонию, видя в ней оплот поработившего их владычества римлян, и, упиваясь яростью и своим торжеством, расправились с побежденными, не упустив ни одной из жестокостей, какие только в ходу у варваров. И если б Паулин, узнав о восстании в провинции, не поспешил к ней на помощь, Британия была бы нами потеряна. Одной удачною битвой он принудил ее к прежней покорности, хотя очень многие не сложили оружия, — отчасти так как сознавали тяжесть своей вины, а больше из страха перед легатом, который, несмотря на врожденное великодушие, мог, как они полагали, отнестись к сдавшимся с высокомерной суровостью и подвергнуть их беспощадной каре, отмщая за нанесенные как бы лично ему оскорбления. И вот в Британию был прислан Петроний Туртиллиан, так как считалось, что, менее непреклонный и непосредственно не задетый преступлениями врагов, он проявит больше снисходительности к раскаявшимся» [гл. 16].

И везде Паулина сопровождал молодой офицер Юлий Агрикола. Тацит отмечает:

«В те дни Британия была охвачена смутою и положение в ней было тревожным как никогда: ветераны перебиты, колонии сожжены, воинские части разгромлены; тогда наши сражались, чтобы спастись от гибели, несколько позднее ради победы. И хотя все делалось в соответствии с решениями и под начальством другого и слава за удачный поход и возвращение этой провинции досталась военачальнику, все же юный Агрикола вынес из этих событий знания, опыт и честолюбивое стремление выдвинуться, и его обуяло желание покрыть себя боевой славою» [гл. 57].

Агрикола вернулся в Рим вместе с Паулином и был назначен членом коллегии понтификов. После смерти Нерона был избран новым императором Гальбою для выяснения, как обстоят дела с хранившимися в храмах дарами, и, проведя тщательнейшее обследование, добился, что государство не претерпело ущерба от каких-либо иных святотатств, кроме Нероновых. Рим переживал пору смуты, когда за двенадцать месяцев сменилось три императора. Агрикола сблизился с военачальником Веспасианом, который находился в Британии с 43 года. Когда произошло самоубийство Нерона, Веспасиан был занят разрушением Иерусалимского храма и избиением евреев.