Читаем Машина различий полностью

Вверх по течению пробирался большой колесный пироскаф очень странного вида: на плоской, как у парома, палубе не было никаких надстроек, кроме приземистой, с покатыми стенами рубки, склепанной из котельного железа, черную бортовую броню прорезали белые квадраты орудийных портов. На носу два матроса в резиновых перчатках и резиновых шлемах с масками замеряли глубину лотом.

– Что это за судно? – спросил Мэллори, протирая слезящиеся глаза.

Брайан нетвердо поднялся на ноги, оперся о стену, отер рот и сплюнул.

– Карманный броненосец, – хрипло сказал он, зажимая нос. – Канонерка.

Мэллори читал о таких кораблях, но никогда не видел их своими глазами.

– Такие воевали в Америке, на Миссисипи. – Он рассматривал корабль из-под ладони, очень жалея, что нет бинокля. – Так на нем что, флаг Конфедерации? Я не слыхал, чтобы у нас в Англии имелось что-нибудь подобного класса… Да нет, вроде бы «Юнион Джек»!

– Смотрите, что делают колеса! – не переставал удивляться Том. – Это же не вода, а сплошной студень…

Его замечание осталось без ответа.

– Посмотрите туда. – Фрейзер указал вниз по течению. – В нескольких десятках ярдов отсюда землечерпалки проложили по дну канал, ведущий прямо к причалам Вест-Индских доков. Вода сейчас стоит совсем низко, если повезет, можно пробраться по этому каналу и выйти к докам никем не замеченными.

– Иначе говоря, – поморщился Мэллори, – вы предлагаете нам окунуться в эту грязь.

– Только не это! – воскликнул Брайан. – Должен же быть какой-нибудь еще способ!

– Я знаю эти доки, – покачал головой Фрейзер. – Вокруг них восьмифутовая стена, утыканная поверху острыми шипами. Есть погрузочные ворота и железная дорога, но они-то уж точно охраняются. Свинг выбирал с умом. Это место почти что крепость.

– А реку Свинг что, не охраняет? – скептически покачал головой Брайан.

– Конечно охраняет, – согласился Фрейзер, – но много ли найдется любителей неусыпно бдеть над этой вонючей грязью ради Свинга или кого угодно?

– Он прав, ребята, – кивнул Мэллори.

– Да мы же по уши перемажемся в этом дерьме! – запротестовал Брайан.

– Ничего, – хмыкнул Мэллори, – не сахарные.

– Но как же моя форма, Нед! Ты знаешь, во сколько мне обошелся этот мундир?

– Меняю, не глядя, мою машину на твои золотые галуны, – печально улыбнулся Том.

Брайан поглядел на младшего брата и сочувственно вздохнул.

– А раз так, ребята, то раздеваемся, – скомандовал Мэллори, скидывая куртку. – Как крестьяне, сгребающие свежее сено погожим сассекским утром. Прячьте куда-нибудь свои причиндалы, да побыстрее.

Он разделся до пояса, сунул пистолет за ремень закатанных брюк и спустился по стене вниз. Берег оказался твердым и сухим, как кирпич; Мэллори громко расхохотался. Мало-помалу к нему присоединились остальные.

– Ну и дурак же я, – сказал Брайан, поддевая лакированным сапогом большой пласт сухой грязи, – что снял форму. А все вы с вашими советами.

– Какая жалость! – съязвил Том. – Теперь тебе никогда не вычистить опилки из этой пижонской фуражки.

Фрейзер остался в белой рубашке и подтяжках – на удивление щегольских, алого муарового шелка. Из пристроенной под мышку замшевой кобуры выглядывала рукоятка многоствольного пистолета. Под рубашкой угадывались толсто намотанные бинты.

– Хватит скулить. – Инспектор снова шел впереди. – Некоторые люди проводят в Темзе всю свою жизнь.

– И кто же это? – спросил Том.

– Говнокопатели, – бросил через плечо Фрейзер. – Как только отлив, они залезают в эту грязь по пояс и начинают искать свои сокровища, и так – круглый год, зимой и летом. Куски угля, ржавые гвозди, да любой хлам, за который можно получить хотя бы пенни. Им все годится.

– Вы шутите? – изумился Том.

– В основном это дети, – невозмутимо продолжал Фрейзер. – Ну и немощные старухи, их там тоже хватает.

– Я вам не верю, – возмутился Брайан. – Скажи вы такое о Бомбее или Калькутте, я бы ни на секунду не усомнился. Но в Лондоне…

– А я и не говорю, что эти несчастные – англичане, – сказал Фрейзер. – В говнокопатели идут по большей части иностранцы. Нищие беженцы.

– Ну, тогда ладно, – облегченно вздохнул Том.

Дальше они шагали молча, стараясь беречь дыхание. Мэллори непрерывно сплевывал мокроту, его плотно заложенный нос не воспринимал никаких запахов – немалое облегчение, если учесть, что запах здесь был один-единственный: смрад.

– Британия слишком гостеприимна ко всем этим чертовым беженцам, – монотонно бормотал Брайан. – Будь моя воля, я бы вывез их всех в Техас…

– А рыба тут, наверное, вся передохла, да? – сказал Том, наклоняясь, чтобы оторвать твердую пластинку грязи. – Смотри, Нед. – Он показал Мэллори зацементированные в ней рыбьи кости. – Ну прямо что твои ископаемые!