Читаем Марвел: Спектр полностью

Так можно объяснить их скоропостижную смену дислокации, стоило лишь Крису расписаться на каком-то контракте о найме. Условия не обговаривались, — Крис даже не знал свою новую должность — но Эмма сразу выдала ему две банковские карты, одна из которых на его имя. Первая — зарплатная, куда каждую неделю будет переводиться определённая сумма, другая — рабочая, практически безлимитная, откуда Крис должен тратить деньги ну… на работу. Хотя Эмма с подмигиванием и намекнула, что закроет глаза на некоторые вольности. Ну и попросила не тратить деньги на бесполезную и безвкусную — и как она узнала⁈ — бижутерию.

В общем, он лишь успел поставить одну подпись, а уже вроде как снова богат! Удивительно как быстро меняется жизнь, а⁈ Ещё полтора месяца назад у него был выбор разве что между дошираком со вкусом курицы и говядины, а сейчас его «хотелки» исчисляются десятками тысяч долларов! Да даже Хорёк скорее всего не получает столько чистыми!

Так вот, стоило «собеседованию» закончится, а Крис хоть немного, но привык к ошеломляющей внешности Эммы, как они направились в… бутик.

Они проехали пару кварталов и вошли в какую-то случайную высотку, где на тридцатом этаже находился обширный и с виду чрезвычайно роскошный магазин с мужскими костюмами. Кстати, нужно отметить несколько факторов, которые попались Крису на глаза. Во-первых, никаких вывесок за пределами здания и даже перед самим магазином не было. То есть, это место было для «своих», избранных, если можно так выразиться. Во-вторых, — кроме всеобщей роскоши, конечно, — в глаза бросалось отсутствие ценников. На полках присутствовали дорогие ткани, аксессуары, а на манекенах костюмы, но нигде не было ценников! Неужели так и выглядит мир богачей⁈

— Неплохое место, — решил заполнить Крис неловкую тишину. — Почти как у нас в Гарлеме…

Его попытку пошутить Эмма встретила хитрым прищуром. Почему-то ему казалось, что все его сомнения по поводу его способности влиться в «высшее» общество для неё были как на ладони.

Крис, явно чувствуя себя не в своей тарелке, огладил ткань только-только надетого костюма, пытаясь ненароком её не испортить. А Эмма оперативно перебирала ящики с галстуками и тканями, не забывая кидать в него хитрые взгляды, будто для неё это какая-то игра.

— Вроде неплохой костюм, — вздохнул Крис, крутясь во все стороны. — Берём?

— Это примерочная модель, — улыбнулась Эмма. — Тебе сошьют костюм на заказ.

— А этот не пойдёт? — С сомнением посмотрел Крис в зеркало, думая, что уже неплохо. — И я так понимаю, прошлый костюм никуда не годится?

— Сколько он стоил?

— Эмм… две тысячи долларов?

Перед Хорьком и Джессикой этим фактом можно было бы похвастаться, а возможно получить в ответ кучу замечаний о его непомерной трате денег, но перед Эммой эта сумма казалась смехотворной.

Но с самого начала он не чувствовал от Эммы и капли презрения, будто её не волновала их… разница в статусах, наверное. Она спокойно и деловито объясняла вещи, о которых Крису ничего не известно, но спросить было как-то стыдно.

— Если костюм стоит меньше десяти тысяч, значит это не костюм, а модный мешок, — фыркнула Эмма. — А костюм — вещь сугубо индивидуальная. Бёдра, талия, грудь, руки, всё должно сидеть на тебе так, будто ты родился в костюме, а не напялил использованный парашют. Ткань должна обволакивать каждую часть тела, скрывать недостатки, но при этом подчёркивая твой стан. Внешний вид может говорить о силе, как о сдержанной, так и о том, что может выплеснуться в любой момент. Это символ современного мужчины.

Она подобрала темно-серый пиджак и направила Криса к зеркалу, жестом указывая ему примерить его. Он покорно надел пиджак, осторожно разглаживая ткань.

— Если я и должен что-то доказывать, так это то, что я могу пробить любую дверь и стену и без костюма, не так ли? — Шутливым тоном спросил Крис.

— Это придаёт тебе шарма, — весело блеснули глаза Эммы. — Но поверь, сила, спрятанная за идеальным галстуком и отглаженной рубашкой, вызывает ещё большее уважение. Отпечатывается в памяти, так сказать…

Она взяла тёмный бордовый галстук и с ловкостью переплела вокруг его шеи, не отводя взгляда от лица Криса. Он попытался помочь, но её жесткие, уверенные руки остановили его.

— Позволь мне, — мягко, но упрекающе она отреагировала на его вмешательство. — А теперь запомни: неправильный цвет галстука, и ты из человека, внушающего уважение, превращаешься в парня, который всю ночь крутился в клубе и выбежал на работу. Это искусство.

Крис поморщился словно ребёнок, которому пытаются скормить невкусную кашу.

— Ты думаешь, что неправильный оттенок галстука кто-то заметит?

Эмма наклонилась к нему чуть ближе, продолжая говорить шёпотом:

— Когда ты рядом со мной, на тебе будут замечать всё. А значит, подбирать придётся правильно.

Голос Эммы звучит мягко, но в нём есть настойчивость, которая пробуждает в нём смесь лёгкого смущения и интереса. Ему нравится, как она относится к каждому элементу его внешности, словно она скульптор, работающий над произведением искусства.

Эмма с хитрым блеском в глазах вернулась к витрине с тканями.