Марвел: Спектр

Глава 1

Сын Гарлема

СИНХРОНИЗАЦИЯ: 0%

Покрытая эмалью и налётом раковина.

Старая плитка, в некоторых местах которой отчётливо прослеживался грибок.

Ржавый кран, из которого текла не менее ржавая вода.

К счастью, вода имела оранжевый оттенок не всегда. Стоит лишь заранее открыть воду, тем самым пропустив самый «сок».

Хотя…

Будь даже вода «оранжевой» всегда, Крис не стал бы жаловаться.

Ведь он давно к этому привык…

СИНХРОНИЗАЦИЯ: 0%

Раздражённо выдохнув, Крис приступил к улучшению своего внешнего вида. Ну как, приступил…

У него не было ни опыта, ни специальных средств. Ни кремов, ни даже постоянного парикмахера.

Всё, что мог сделать Крис — это пригладить волосы влажной рукой, понадеявшись на лучшее, а также побрызгаться «аксом», самым доступным — то есть, дешёвым — «одеколоном».

Но едва ли все эти обстоятельства сделают жизнь Криса труднее.

Потому что всем окружающим всё равно.

Ведь всю свою сознательную жизнь Крис прожил в Гарлеме, одном из самых знаменитых и культовых районов Нью-Йорка.

Гарлем, находящийся на северной части Манхеттена, так же, как и Адская Кухня — западная часть Манхеттена — был одним из самых бедных и «преступных» районов города.

Дело в истории, этнических и культурных различиях.

Ведь Гарлем исторически самый «чёрный» район Нью-Йорка.

И не сказать, что Крис или любой случайный социолог — расист. Хотя, подобные в Гарлеме лучше, конечно, не говорить.

Дело в истории.

Как бы странно это не звучало, но значительную часть истории Америка была действительно, ну… расисткой. Без всяких «но».

Система рабства, основа которой была более жестокой, чем аналогичная система в Риме десяток веков назад.

И подобное отношение к «чёрным», как бы абсурдно это не звучало, сохранялось до конца двадцатого века. Нет, рабство отменили то давно, но расовая сегрегация существовала и процветала.

Конечно, для современного поколения покажется ужасающим то, что лишь пятьдесят лет назад в самых обыкновенных автобусах имелись специальные места для «чёрных» и «белых».

И подобных мелочей было огромное-огромное множество.

Естественно, подобное отношение сыграет свою роль. Некая форма «изоляции» заставляла афроамериканцев сближаться друг с другом. Поэтому появились гетто.

И исторически сложилось так, что за по многим причинам, «чёрное» население имело значительно меньший доход, нежели другие американцы. И складывалась такая ситуация как раз-таки из-за общества.

Да, это звучит просто невероятно расистки. Но это факт. Но дело не в генетике, а в истории.

И Гарлем был продуктом своего времени и общества.

Некое «гетто» — хотя, сейчас этот район едва ли можно так назвать — с преимущественно «чёрным» населением.

И оттого кажется немного потешным тот факт, что Крис абсолютно белый.

Да, он жил в Гарлеме с самого своего рождения, да и ни разу за пределы Нью-Йорка не выбирался.

Можно сказать, что он впитывал культуру «чёрных» улиц с пелёнок, обладая при этот белоснежной кожей.

Карие глаза и копна чёрных растрёпанных волос. Многие назвали бы Криса симпатичным, хотя он всегда считал, что его внешность — полная посредственность.

Стоит ему одеться поприличнее, как никому из окружающих и в голову не придёт, что он — уроженец Гарлема.

Ещё в приюте, в раннем детстве, многие шутили по этому поводу.

«Ха, да тебя к нам подбросили!» — Темнокожий мальчик указал на Криса пальцем и преувеличенно округлил глаза.

«Мы же в сиротском приюте…» — Крис неуверенно огляделся вокруг. — «Нас всех подбросили…»

«Точно…» — Поникли все дети вокруг.

Да…

В детстве у него с чувством юмора было не очень. Да и в девятнадцатилетнем возрасте ситуация, честно говоря, изменилась не сильно.

— Ну, — Крис придирчиво оглядел свою внешность. — Можно идти…

Собрав небольшую сумку со сменной одеждой на всякий пожарный, Крис вышел из малюсенькой однокомнатной квартиры, достав свои ключи.

Коридор был засран и захламлён, просто потому что всем всё равно. Сам дом представлял из себя полуразрушенное трёхэтажное здание.

Но несмотря на не самый лучший район и далеко не самое лучшее состояние здания — место было забито полностью.

Всё-таки в Нью-Йорке с жильём не очень.

Да и то, что Крис мог позволить себе снимать квартиру — настоящее чудо. Точнее, ему помогли. И помогают до сих пор.

Закрыв дверь ключом, Крис расправил плечи и направился на выход. На самом деле дверь в его квартиру настолько ненадёжна, что её можно выбить обычным ударом. Но воровать у Крис совершенно нечего, а закрытие двери лишь символический жест. В Гарлеме любой уважающий себя сосед принципиально зайдёт и что-то сопрёт, если увидит дверь «нараспашку».

Кстати, о соседях…

Пошатываясь из стороны в сторону, с лестничного пролёта пришло… нечто.

— Привет, Джессика, — немного неловко попытался наладить контакт со своей соседской Крис.

Джессика Джонс довольно известная в Гарлеме личность, хотя было понятно, что на любую известность ей всё равно.