Читаем Маруся Климова полностью

на Мойке, в каком-то стенном шкафу у самой входной двери – это место выделил

ему композитор, – то у Евгения, где у него была нормальная полноценная

комната, целых двенадцать метров. К тому же и характер у Евгения был

хороший: он всегда легко сходился с людьми и никого особо не доставал. Таким

образом, как я уже сказала, прошло два года… И вдруг как-то поздно вечером

Саша вернулся в квартиру к Евгению с грустным лицом, чуть ли не со слезами на

глазах, и заявил, что вынужден просить, чтобы Евгений купил ту комнату, где


184

сейчас обосновался Саша, за восемь тысяч долларов. «То есть как, - удивился

Евгений, - я должен свою собственную комнату покупать у себя самого за восемь

тысяч баксов?» -- «Да нет, не у себя самого, а у меня – возразил ему Саша, -- ведь

это же я в ней прописан, а стало быть, и комната моя. Просто мой друг-

композитор собрался переезжать в другой район и продает свою квартиру на

Мойке, так что ему срочно нужны деньги, чтобы обеспечить себе достойное

жилье». Евгений сперва подумал, что это шутка, но нет, Саша был настроен

вполне серьезно: он требовал, чтобы Евгений заплатил ему за комнату, в которой

он жил, восемь тысяч долларов, хотя таких денег у Евгения никогда не было, и

Саша это прекрасно знал. « Тогда продай квартиру своего отца, - хладнокровно

посоветовал Саша, - и деньги должны быть у меня через месяц, а не то я

обменяю эту комнату, и ты опять окажешься в коммуналке. И обещаю тебе – у

тебя будет такой сосед, что о прежних ты будешь вспоминать с ностальгией.» И

действительно, полгода назад у Евгения умер отец, и ему в наследство осталась

трехкомнатная квартира в Гатчине, которую он пока сдавал, а деньги

откладывал, чтобы наконец-то съездить в отпуск куда-нибудь на Кипр или же в

Турцию, чтобы там как следует оттянуться и отдохнуть от всей этой окружавшей

его нищеты и серости. И тут такая подстава! А ведь он даже денег за жилье с

него никогда не брал!.. Тем не менее, Евгению все-таки пришлось продать

квартиру отца, чтобы расплатиться с Сашей, и только после этого тот выписался

и оставил Евгения в покое.

Однако примерно через год они снова помирились. Как-то на Масленицу

Саша неожиданно пришел к Евгению с огромной кастрюлей блинов, они выпили, и Саша начал жаловаться, что композитор теперь полностью перешел на его

иждивение, денег у них совсем не стало, и ко всему прочему, они еще и

переехали в какую-то жуткую дыру на Промышленной улице рядом с площадью

Стачек... «А куда же делись все бабки от продажи квартиры на Мойке и те?» –

удивился Евгений. Саша начал бормотать что-то невнятное, а потом под

большим секретом признался, что его друг и покровитель испытывает

непреодолимую страсть к игре, в своем роде это болезнь, почти как у

Достоевского, поэтому он все деньги почти сразу же проиграл в казино... Эта

история окончательно смягчила сердце Евгения, и он совершенно простил

своему другу все его прегрешения. Но где-то через неделю Саша снова явился к

Евгению и сказал, что забыл у него кастрюлю из-под блинов и крышку от нее...

Вот в этот момент, признался мне Евгений, рассказывая мне эту историю, на

него наконец-то снизошло настоящее Просветление – я пишу тут это слово с

большой буквы, потому что, описывая мне все эти трагические события, мой

приятель произнес его с каким-то особым и не передаваемым на письме иными

средствами выражением в голосе, хотя, на самом деле, он всего лишь

окончательно решил порвать все отношения с Сашей, несмотря на то, что

кастрюлю с крышкой он ему все-таки вернул...

Я так подробно пересказываю тут эту историю, потому что внешне в ней и

вправду, по-моему, есть нечто общее со стандартной дзенской притчей, главный

герой которой в конце обязательно достигает Просветления. Но это сходство

носит чисто поверхностный характер. Точно так же и в моем понимании

пустоты, вероятно, есть какое-то внешнее сходство с Пустотой из буддийской

схоластики, однако я вкладываю в это слово примерно такой же смысл, какой

вкладывал в слово «просветление» Евгений, когда рассказывал мне свою

историю. И не более!

Потолок, к примеру, являет собой замечательный образ такой пустоты, особенно слегка пожелтевший от времени, с трещинами и подтеками. Вид такого

потолка наверняка должен выводить из себя обывателей, а уж о мыслях, 185

«взятых» с этого потолка, и говорить нечего. Потому что это уже не просто

пустота, а настоящее запустение!.. Лично я давно заметила, что потолок у меня

дома навевает очень печальные мысли и настраивает на лирический лад, поэтому

порой даже не хочется поднимать глаза кверху, особенно когда у меня и без того

тоскливое настроение. Однако свежевыбеленный и гладкий потолок в квартире

Перейти на страницу:

Похожие книги

Славянский разлом. Украинско-польское иго в России
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России

Почему центром всей российской истории принято считать Киев и юго-западные княжества? По чьей воле не менее древний Север (Новгород, Псков, Смоленск, Рязань) или Поволжье считаются как бы второсортными? В этой книге с беспощадной ясностью показано, по какой причине вся отечественная история изложена исключительно с прозападных, южно-славянских и польских позиций. Факты, собранные здесь, свидетельствуют, что речь идёт не о стечении обстоятельств, а о целенаправленной многовековой оккупации России, о тотальном духовно-религиозном диктате полонизированной публики, умело прикрывающей своё господство. Именно её представители, ставшие главной опорой романовского трона, сконструировали государственно-религиозный каркас, до сего дня блокирующий память нашего населения. Различные немцы и прочие, обильно хлынувшие в элиту со времён Петра I, лишь подправляли здание, возведённое не ими. Данная книга явится откровением для многих, поскольку слишком уж непривычен предлагаемый исторический ракурс.

Александр Владимирович Пыжиков

Публицистика
Робот и крест
Робот и крест

В 2014 году настал перелом. Те великолепные шансы, что имелись у РФ еще в конце 2013 года, оказались бездарно «слитыми». Проект «Новороссия» провалили. Экономика страны стала падать, получив удар в виде падения мировых цен на нефть. Причем все понимают, что это падение — всерьез и надолго. Пришла девальвация, и мы снова погрузились в нищету, как в 90-е годы. Граждане Российской Федерации с ужасом обнаружили, что прежние экономика и система управления ни на что не годны. Что страна тонет в куче проблем, что деньги тают, как снег под лучами весеннего солнца.Что дальше? Очевидно, что стране, коли она хочет сохраниться и не слиться с Украиной в одну зону развала, одичания и хаоса, нужно измениться. Но как?Вы держите в руках книгу, написанную двумя авторами: философом и футурологом. Мы живем в то время, когда главный вопрос — «Зачем?». Поиск смысла. Ради чего мы должны что-то делать? Таков первый вопрос. Зачем куда-то стремиться, изобретать, строить? Ведь людям обездоленным, бесправным, нищим не нужен никакой Марс, никакая великая держава. Им плевать на науку и технику, их волнует собственная жизнь. Так и происходят срывы в темные века, в регресс, в новое варварство.В этой книге первая часть посвящена именно смыслу, именно Русской идее. А вторая — тому, как эту идею воплощать. Тем первым шагам, что нужно предпринять. Тому фундаменту, что придется заложить для наделения Русской идеи техносмыслом.

Андрей Емельянов-Хальген , Максим Калашников

Публицистика
Ислам и Запад
Ислам и Запад

Книга Ислам и Запад известного британского ученого-востоковеда Б. Луиса, который удостоился в кругу коллег почетного титула «дуайена ближневосточных исследований», представляет собой собрание 11 научных очерков, посвященных отношениям между двумя цивилизациями: мусульманской и определяемой в зависимости от эпохи как христианская, европейская или западная. Очерки сгруппированы по трем основным темам. Первая посвящена историческому и современному взаимодействию между Европой и ее южными и восточными соседями, в частности такой актуальной сегодня проблеме, как появление в странах Запада обширных мусульманских меньшинств. Вторая тема — сложный и противоречивый процесс постижения друг друга, никогда не прекращавшийся между двумя культурами. Здесь ставится важный вопрос о задачах, границах и правилах постижения «чужой» истории. Третья тема заключает в себе четыре проблемы: исламское религиозное возрождение; место шиизма в истории ислама, который особенно привлек к себе внимание после революции в Иране; восприятие и развитие мусульманскими народами западной идеи патриотизма; возможности сосуществования и диалога религий.Книга заинтересует не только исследователей-востоковедов, но также преподавателей и студентов гуманитарных дисциплин и всех, кто интересуется проблематикой взаимодействия ближневосточной и западной цивилизаций.

Бернард Льюис , Бернард Луис

Публицистика / Ислам / Религия / Эзотерика / Документальное