— Тогда что ты здесь делаешь, рядовой Карс? Это война, здесь умирают не только наши люди, но и ваши! — зло выкрикнул переводчик. — Зачем вы пришли на нашу землю? Зачем убивали наших братьев, отцов и сыновей? Зачем плачут наши сестры, матери и жены?
Тайрон ничего не ответил, лишь опустил голову.
— Молчишь, Карс. А теперь будет время расплаты, за каждую каплю нашей крови, вы ответите своей кровью, за каждую слезу наших женщин, прольются слезы ваших. Увести!
Несколько дней их держали в тесной клетке под палящим солнцем. Им давали воду и еду, но не более необходимого для того, чтобы они не умерли. Ежедневно проходили показательные казни. Первым казнили того самого командира, который разжаловал Тайрона. Наблюдая за расстрелом, Тай выдохнул с облегчением. Они не были зверями, не мучали, не пытали, просто вершили свой суд быстро и без колебаний. Казнили по несколько человек в день, по старшинству. С ними больше не разговаривали, просто кормили и убивали, верша свое кровавое правосудие. Тогда Тай уже смирился.
Так прошло три дня, а потом в захваченный лагерь прибыли новые люди. Среди черных балахонов, белый показался не к месту, но люди в черном почтительно склоняли головы, перед человеком, одетым в белое.
— Начальство приехало, невесело хмыкнул один из арестантов. — Что-то будет.
— Хуже бы не стало, — ответил ему другой.
Тайрон не прислушивался к дальнейшей беседе, он пытался вспомнить, где он видел это лицо, обезображенное шрамом. Он точно видел его, но где и при каких обстоятельствах он не мог вспомнить. Зато он рассмотрел пленных, что привели вместе с этим человеком. Пятеро измученных жаждой и долгим пешим переходом мужчин, едва переставляли ноги, но в том, что это были его люди, Тай не сомневался. Пятеро! Из двадцати близких друзей уцелели пятеро. Он с силой схватился за прутья клетки, наблюдая за распределением. Всех пятерых отправили в их клетку. Здесь содержался низжий состав, никаких офицеров. Всех новеньких втолкнули в клетку, остальные тут же передали остатки воды и еды. Увидев Тайрона, его ребята слабо улыбнулись.
— И ты здесь, Тай? Ты был прав, как же ты был прав, дружище. Нам стоило послушать тебя, — прошептал один из них теряя сознание.