Читаем Мародёр полностью

— Ну… Лады. Короче, смысл такой — не в патроне дело, правильно ты выкупил. Смысл в том, что под Автайкиным живет один очень интересный пацан, Толик Паневин. Знаешь, может? Нет? Он с чехами все четыре войны отмудохал, а перед пенсией в 59395 служил, у полковника Улановских. Помнишь, на шахту когда ходили?

— Конечно. Хрен забудешь, чуть сам себя не взорвал тогда.

— Вот. Чё это за часть, знаешь? Арсенал атомный, понял? Он там рядом, через сопочку от шахты, километров пять, не больше.

— Да это каждая собака знает. Только это, мне Максимыч, покойник, чё-то насчет заразы говорил. Вроде как смену, которая внизу на БД[130] сидела, амеры чем-то бактериологическим траванули. Или химическим. А ты туда лезть собрался?

— Я там был уже. Нет там следов, что бациллами работали. А химия, может, если и была, то выветрилась. Наверно.

— Эт ты когда успел?

— Ещё Конь посылал. ЗУхи-то откуда, понял, нет? Я старшим, и ещё четыре пацана. Они трупы уже, их ещё по зиме грохнули. Так что, кроме меня, уже не знает никто. Первого начштаба Конь сам привалил, Фому ты взорвал, Конь тоже, да все уже двухсотые, кто в курсе был.

— Так… Ни Мирохе, ни Нигмату пока не до этого… А этот твой чё, не слил ещё своим?

— Да какие они ему свои. Попкари-гнилухи да жулики, а он — боевой офицер всё же. Он на них как на грязь смотрит, ну, в душе. Это ж видно.

— А чё ж ты с ним общего языка не поищешь? Позвал бы к себе, у тебя ж Дом.

— Не найдем мы с ним общего языка, — отрезал Жирик. — И добром он не поколется.

— Дак нахера он тебе вообще сдался, раз ты там сам полазил? И вообще, пора уже обозначить, чё там такое лежит, что тебе так неймется. Хотя погоди, давай догадаться попробую. Капониры? Боезапас там остался?

— Почти угадал. Автоматические пулемёты в потернах.[131] Они за панелями такими стоят, как бы вентиляционными, а когда проникновение — потерны глушатся, и эти дуры начинают садить на каждое движение. Мы тогда один, в самом начале который, с турели сдёрнули — а короб боепитания выковырнуть не смогли, сталь толстая. Ленту пробовали вытаскивать, сначала вроде идет, а потом там чё-то раком встает, и ни туда, ни сюда. Да и не поковыряться там было больше минут пяти, край — десяти, клеть недалеко от этого места, а в клети тогда двухсотые метровым слоем лежали, из них по коридору шагов на десять натекло.

— А-а, понятно. Кирюх, а как его снаряжали тогда? Изнутри откуда-то?

— Там бронеплита казематик этот прикрывает, и не подлезть. Похоже, изнутри электрозамок.

— Угу. Вот я зачем тебе понадобился. Рвать, значит, надо. И всё же, мужик зачем тебе этот?

— Вроде как там есть где ещё пошариться. И этот хрен моржовый знает, где там чё. Выдергивать его надо сейчас, с первым снегом они и сами уже сходить могут.

— Понятно… Хрен, да? Короче, Кирюх. Скажешь, за чем идем — пойдем, сегодня снег выпал — завтра вышли, не скажешь — ну его, сам рви. Понял? — Ахмет немного перестарался с убедительностью тона, и вышло немного резче задуманного. — Ладно, замнем до окончания этой истории с твоим базаром, уже один поворот остался. Бля, у КПП целая псарня.

— Чё, хочешь сказать, что отсюда слышишь, что ли? — недоверчиво, думая о своем, автоматически переспросил Жирик.

Лес расступился, по правую руку открылось засаженное картошкой стрельбище, слева, метрах в трехстах от границы леса, в темноте угадывались первые девятиэтажки города.

Хозяева остановились посреди дороги, оценивая обстановку. Место это было одним из самых обильных по собакам — рядом, в ста метрах — городская свалка, куда псы давно уже никого не пускали, тут же озеро, садовый кооператив и начало городской застройки — всё сошлось в этой точке. «В местности-перекрестке иди» — всплыло у Ахмета изречение из книжки о древних китайцах, недавно подобранной в почти целой квартире. Из тьмы, с разных направлений, доносилась возня огромной, голов в пятьдесят, собачьей стаи.

— Точно, псарня целая. Чё им, медом тут намазано… — недовольно выдохнул Жирик. — Как ни пойдешь, вечно у КПП отираются…

— Дык гоняй, чё ж ты теряешься. — не упустил возможности пригрузить собеседника Ахмет. — Это ж твое, так сказать, стратыгыцкое предполье. Поставь АГС на крыше, и враз отвадишь.

— Шутничок. Батарею минометную… Делать-то чё будем?

— Пошли. Спокойно, но быстро. Ты — лево и зад, мой перед и право.

— Ты уверен, не порвут?

— Нет. — неожиданно для себя твердо сказал Ахмет и двинулся вперёд… ой, чё это я? А с чего, собственно, я это взял?..