Читаем Мани манят полностью

Индийские статуи, стоящие в холле и коридоре, как будто изменились в лицах, но Хельге не до мистики. Инстинкты всегда сильнее чувств. Быстро раздеться и на кухню! Сбрасывая куртку прямо на ходу, Хельга вошла в спальню и ужаснулась. На ее кровати, тщательно заправленной бордовым покрывалом в тон балдахина и занавесок, было накидано столько вещей, что она на секунду подумала, что ошиблась квартирой, как в новогодней «Иронии судьбы…». Неужели ее дочь Василиса, собираясь в университет, так по-варварски что-то искала в ее шкафу? «Видимо, опять проспала и опаздывала на пары, не успев за собой убрать?». На полу валялись постельное белье и даже верхняя одежда. Немыслимо! В растерянности она на минуту застыла, уставившись в одну точку перед собой, и тут невольно обратила внимание на то, что картины и иконы на стенах висят вкривь и вкось. Интуитивно обернувшись на комод, не нашла глазами большую кожаную шкатулку, в которой хранились ее самые эксклюзивные украшения. Все остальные, более мелкие сувенирные шкатулочки из разных стран были тоже перевернуты и пусты. Ограбление?! Невероятно! Не может быть, потому что не может быть никогда!?

Хельга выскочила из спальни и побежала по квартире. В кабинете мужа все перевернуто вверх дном. Створки шкафов возмущенно раскрыты. На стене зияет пыльный след от антикварного оклада, привезенного недавно с Тибета и подаренного Хельге и Василисе настоящим шаманом Тхуптепом. Эта реликвия V–VI веков была передана им как оберег для семьи от всяких бед.

В зале и кухне еще более вопиющая картина: осколки разбитой посуды, вытащенные отовсюду кастрюли. Только в две комнаты – дочери и сына – как будто никто не заходил. И библиотека грабителей, видимо, совсем не заинтересовала.

Еще до конца не осознав происходящее, Хельга вошла в состояние ступора, абсолютно уверенная в том, что если она не может взять ничего чужого, то и у нее никогда ничего не возьмут. Таков закон Вселенной! А этот сюжет – точно не из ее жизни. Сериальные выдумки банального детектива!

И в это время Хельга вдруг вспомнила о деньгах. Она бросилась в спальню, где в одном из ящиков комода в коробке из-под перчаток хранилась небольшая сумма на текущие расходы. Нащупала и открыла коробку – тридцать тысяч на месте. Уже легче. И тут ее осенила мысль, что, скорее всего, искали именно деньги, вырученные на днях от продажи дачи. Слава Богу, они с мужем оставили их в Сбербанке, а не взяли домой. Хотя все вокруг твердили, что нужно все снимать со счетов, чтобы не потерять так тяжело заработанное из-за грядущей очередной государственной авантюры. Вот сейчас точно потеряли бы все и без помощи государства.

2008 год для Хельги и ее семьи и так оказался очень тяжелым. Смерть ее мамы, болезнь мужа, хаос в бизнесе. А теперь еще и ограбление!

В отчаянии Хельга допустила мысль, что, возможно, грабители охотились за антикварным раритетом – шаманским окладом, внутри которого находились древние папирусы с мантрами. А драгоценности Хельги, естественно, привлекли внимание воров, так сказать, по ходу действия.

Размышляя, она вдруг вздрогнула от неожиданного легкого прикосновения. К ней, мечущейся по квартире, подошел любимый британец Мося и потерся об ее ногу. Хельга подняла его на руки и с надеждой посмотрела ему в глаза: «Скажи, кто здесь был? Ты же видел!». Умный кот гипнотически пытался передать информацию. И тут Хельга будто очнулась от затяжного оцепенения. Оставила в покое кота и тут же, схватившись за телефон, начала звонить всем подряд. Только последний ее звонок был по делу – в милицию. Войдя, между прочим, на кухню, она поняла, что аппетит окончательно пропал. Мозг работал уже в совершенно других вибрациях. На шее у нее от всей былой роскоши оставалась лишь плоская золотая цепочка, случайно не снятая перед тренировкой.

Чувствуя себя опустошенной во всех смыслах, она была даже не в силах сидеть на месте, нервно бегая по квартире и продолжая все больше и точнее замечать исчезнувшие вещи, сразу не бросившиеся ей в глаза. В одиночку переживать беду всегда тяжелее. Видимо, негатив как-то умеет распределяться на всех его участников и невольно разгружает головы и плечи каждого попавшего в переплет. Вот откуда, возможно, появилась пословица «На миру и смерть красна». Состояние Хельги было сравнимо сейчас с бессонной ночью, когда все темные краски сгущаются для нее одной. Вроде того: «Надо обязательно выспаться, чтобы завтра встать со свежей головой», – волнуется она, но ее мозг-компьютер не хочет выключаться и как будто намеренно и издевательски подбрасывает все новые и новые мыслеформы, вытаскивая самое гаденькое и страшное из ее подсознания.