Кстати об Израиле... Еврейская тема всегда была очень болезненной в нашем (да и не только в нашем!) обществе. А у нас дома она была чуть ли не доминирующей. Причём, всегда. Но в период маминого восхождения в писательницы тема эта стала какой-то особенно острой. Сколько себя помню, мама всегда подчёркнуто уважительно и с симпатией говорила о евреях вообще и о своих знакомых в частности. Они-де и самые умные, и самые порядочные... А уж когда в доме стали появляться московские евреи в большом количестве — литературные критики, режиссёры, журналисты, сценаристы и прочие — я уже точно узнала, что это — особая человеческая порода, с недюжинным умом — цепким, ясным, восприимчивым к любым наукам, с особой совестью — честные, добрее прочих, мягче и, безусловно, интеллигентнее.

Родители, и Советская власть в этом не помешала, весьма успешно воспитали меня в совершенно интернационалистском духе, поэтому лет до... даже не знаю, боюсь, что до сегодняшнего дня, я не интересовалась национальностями людей и не отличала даже по внешним признакам одну от другой. Однажды в детстве я с приятным удивлением поняла (совершенно случайно), что, оказывается, моя Олечка — еврейка! Ну и что? Что-то изменилось? Наверное, да... Я и так её любила и страх как уважала за ум и начитанность, а уж когда узнала про национальность, зауважала еще больше. Такой вот бред.

Дома у нас царила столь юдофильская атмосфера, что не проникнуться ею, не стать лучшим другом евреев всей Земли было просто невозможно. Еще одна обычная ошибка-миф дурных советских интеллигентов: относиться к евреям не так, как ко всем остальным, выделять их, как особых, лучших. Возможно, всё логично: это происходило в противовес царившему в стране антисемитизму. Но, если антисемитизм — маразм и прибежище мерзавцев или психически больных, то и его противоположность — всего лишь обратная сторона этого мерзкого явления. В нашем доме юдофильство было тяжеловатым и каким-то слегка навязчивым. Потом, много позже у меня возникло такое объяснение этому: мама родилась и выросла в жутко антисемитской Украине, где «пламенная любовь» к евреям была нормой жизни. Когда мама уехала из своей «незалэжной» Тьмутаракани и, благодаря образованию, сменила круг общения, оказалось, что ненавидеть евреев неприлично среди культурных людей. Вот мама всю свою жизнь изо всех сил и демонстрировала миру нежность к народу Книги. Она постоянно подчеркивала, что её «лучшие друзья и даже некоторые родственники — евреи». Многие евреи отвечали ей взаимностью.

В лихие времена, да и сегодня мама трепетно относится к богатейшим и влиятельнейшим евреям России — Березовскому, Гусинскому... На митинги в защиту Ходорковского они с папой ходят регулярно.

И вот я встречаю главного человека своей жизни, Женю, чисто-кровного еврея. Не миллионера, а трудягу, своей головой сделавшего дело и живущего более чем достойно. Он — не олигарх, не богач и не политик. Мама его возненавидела практически сразу. Я далека от мысли, что за национальность — нет. Но, как только у неё появились претензии к человеку, так тут же вылезло такое, чего я и в страшном сне не могла себе представить.

— Вы — единственный еврей, который мне противен, — заявила она как-то Жене. Я смеялась и рыдала одновременно. Ну, посудите сами: люди ненавидят кого-то из-за семейных неурядиц, и вдруг, как аргумент вытаскивают из рукава национальность противника. «Вы — единственный грузин, который мне противен». «Вы — единственный белорус, который мне противен». Смешно? До колик. И разве это не аргумент завзятого, но глубоко законспирированного антисемита?

Мама прозвала Женю Швондером по созвучию фамилий — стандартный антисемитский трюк, свойственный скорее охотнорядцам, чем людям образованным. За глаза она его только так и называла (дочкина разведка донесла). В её литературных опусах, написанных в последнее время, она, как могла, склоняла и уродовала его фамилию, придумывала гнусные персонажи с его чертами и опять же с похожей фамилией. В общем, чистой воды передоновщина (помните «Мелкого беса» Ф. Сологуба?). Если читатель не знает лично мою маму, он вполне может решить, что автор очень даже не любит евреев. Начинаю понимать, что так оно и есть. Прежняя репутация юдофилки оказалась скомпрометирована окончательно. Помнишь, мама, пословицу про ложку дёгтя?

Советские евреи, измученные своим «пятым пунктом», были всегда отзывчивы на хорошее отношение. А отличить лицемерие от настоящих чувств... Ну, не каждый же человек, даже умный, может видеть другого насквозь, как бы с помощью такого специального душевного рентгена. Чужая душа, как известно, очень тёмное место...

Записки нездоровой женщины

11 февраля

Новый день. С утра всё более-менее. Хотя в теле какая-то маета, которая сейчас (после четырёх часов) вылилась в легкую тошноту.

Женя с мастером повезли телевизор в починку.