Читаем Максим (СИ) полностью

– Лежи- лежи. Это ничего. Это так надо. Это будет, но это пройдёт, - сбивчиво объяснял он девушке, собираясь с мужеством. Затем вновь протянул над девушкой руки. Боль была новой. Не острой, не пронзительной, а прожигающей, словно раскаленным металлом. " Каждая болезнь, как каждый зверь, кусает по- своему", - сделал вывод Макс, отвечая на эти удары боли ударами своих лучей.

– Бедный- бедный, - пожалела его Настя, когда юноша, прервавшись, вышел на балкон. - У тебя со всеми так?

– По разному. Но бывало и хуже.

– Это ты поэтому такой злой пришёл? Но тогда, может, не надо?

– Я некоторых других усыплял. Могу и тебя. Не глупи. Знал, куда и зачем. И что будет…- односложно предупредил Максим, впитывая лунный свет.

Когда утром Максим приволокся домой, отец со своей невестой с удивлением осмотрели его измочаленную фигуру.

– Ну ты даешь, - начал было отец, но встретившись с опустошенным взглядом Макса, вдруг понял.

– Ты опять? - спросил он каким- то глухим тоном.- Кого?

– Настю. Только, папа, потом. Спать. Всё потом.

– Умница, сынок. Какой умница! Мне всегда было жаль… Ладно, потом.

Но Макс оказался немногословен и потом. Проспав почти до вечера, он вышел на уже полупустую кухню и сказал, что, может, уедет позже - не успевает.

– Но контейнер будет завтра! Всё! Сдаём квартиру! Да если и не сдавать, что, на полу будешь?

– Папуля, мне надо ещё две ночи. Эту и следующую. Я найду, где переночевать. И мне уже надо эти…разрешения на поездку. Ты бы лучше здесь их сделал.

– Это всё уже сделано. И распакуемся без тебя. Вот только мы… - он взглянул на молчавшую избранницу - мы думали, что эээ регистрацию хоть вместе отметим, а? Скромно, по- семейному?

– Нет, это как раз без меня. Где ночевать - найду, - он выскочил из квартиры.

" Ну, нахалка, ну хитрованка! Мало того, что я согласился, я ещё на их свадьбе гулять должен! Это точно - она! Показать свеем, что и я одобряю! Что и меня, как батьку, окрутила! А совсем недавно, в детском доме, такой серой мышкой была! Заведующая! Все на ней ездили и на неё же плевали. А теперь на нас ездить надумала!". Это был рецидив недавней боли, эхо тоски по матери, и Макс понимал, что не прав, но от этого распалял себя ещё больше. Словно почувствовав его настроение, Анастасия встретила его тихо, сразу прошла в спальню и приготовилась к сеансу. Зато болезни досталось крепко. Вчера Макс всё-таки не был настроен на борьбу и болезненно воспринимал каждый укус. А может, просто устал от боли? Зато сегодня, отмахиваясь от ожогов, как от мух, он яростно избивал болезнь своими лучами. И уже к первому перерыву недуг был сломлен - блистающие черные пятна костей ноги стали стремительно растворяться розовым цветом здорового тела.

– Теперь мы быстро справимся, - пообещал он девушке, облокачиваясь на перила балкона. Балкон был ниже, всего лишь на втором этаже. Совсем рядом мягко шелестели листики берёзы. Он дотянулся и погладил их, словно волосы девушки. Берёза отозвалась невидимыми волнами ответной ласки и едва слышным шелестом. Справа вверху была луна. А еще правее, на балконе стояла Мышка, глядя в его сторону. Вроде как пол- жизни прошло после неё? Что она должна подумать теперь? Знает наверное… Даже спасибо не сказала. Всё- таки спас. Ну, спасли вместе с Котом. Его, наверное, отблагодарила… А кто меня? Кнопка? Да и та послала править губы, ноги… Ладно, - вздохнул он, возвращаясь в квартиру.

За ночь они действительно здорово продвинулись по пути исцеления. И Макс не так вымучился. Поэтому рано утром он пришел домой терпимым и в меру покладистым. Пока "молодожены" пробуждались, он успел разукомплектовать велосипед и достать драгоценное колье. Затем, вспомнив, что давно не ел, позавтракал по- семейному. Решили, что взрослые всё- таки сегодня съедут. Он переночует один, вон на той раскладушке. Все документы здесь. Вот деньги. В общем, дерзай! И Макс вновь завалился спать, но на этот раз с более светлыми чувствами.

Проснулся он вечером с сознанием какой- то гулкой пустоты. Он лежал на своей кровати среди пустой комнаты. Рядом, на старинной армейской табуретке лежала записка.

" Сынок, мы решили тебя не тревожить. Всё обговорено. Ты, выходя, только захлопни дверь, всё оставшееся, кому надо, заберут. Не забудь документы и деньги. До встречи. Отец".

Вот так. " Уходя, только захлопни дверь…" Максим включил везде свет и прошелся по действительно гулкой квартире. Ввернутые в патроны лампы светили холодно и неуютно. " Только захлопни" А пятнадцать лет куда? Куда, папа? Вот здесь, за этими батареями, ты по дедовой традиции прятал от нас домашнюю колбасу, чтобы высохла. А вот здесь, в это углу…В этом, да? Вы с мамой поставили меня и заболтались. А я стоял- стоял и уснул. А вот здесь… А здесь… И теперь "только захлопни"? Неужели всё это ты так спешишь вычеркнуть, папа? Или уже вычеркнул? Максим прикоснулся к выглядывавшему куску старинных обоев - тех, которые должны были помнить еще тепло маминых рук. Мама… А ведь я даже…- остановился вдруг он.