Читаем Максим (СИ) полностью

– Молодой человек, ну не будем. Ну, не получится у вас за этим столиком вдвоем. По меткому выражению киногероя, Вы здесь, как два волоска на лысине. Посмотрите,- наклонился именинник к уху юноши. Все глаза сейчас на вас. И так будет весь вечер. Вам это надо? И потом, поклянитесь здоровьем вашей матушки- вы не знали, кто здесь соберется?

– Да ладно Вам, - невольно улыбнулся Макс. И, подчиняясь обаянию героя вокала, также прошептал - Я только так ее сюда и затащил.

– О! Тогда Вы мой должник. Будете отрабатывать. Смотрите, вон сидит… сейчас. За три стула от моего столбового места. Видите. Дуется… Поможете помирить… - заговорчиски шептал артист, уже ведя под руку молодежь к своему столу.

– Но это же… Но это же - захватило дух у юноши.

– Вынырните, мой юный друг из эйфории. Отдышитесь и осмотритесь.

– Рекомендую, - уже громко ко всем обратился именинник. Макс и Лора. Личные друзья нами уважаемого Ираклия. И вот- озаренный идеей, он снял довольно симпатичный перстенек. Кто узнает о этой девушке больше всех получает этот приз.

– А кто узнает побольше об этом Ди- Каприо, получает вот это приз - под общий хохот сняла свои серьги крупная молодящаяся певица. Застолье вновь радостно загудело…

– Слушай, Максим, но так принято. Ну, творческая элита. Ну, нельзя так. Все или поют. Или танцуют, или еще что - уговаривал именинник юношу. После братания прошло уже часа полтора. Незаметно после нескольких танцев Лариса оказалась возле именинника, а Макс - возле поругавшейся с ним пассии. Та молчала, хапала водку одним махом до дна, косилась на новую поклонницу и с гримасой отвращения встречала любые попытки завязать беседу. Первые попытки контактов любопытствующих прекратились. Лорка пила шампанское и преглупо хохотала, Максим уклонялся от спиртного, и по большей части не встревая, слушал пустой треп. Несколько раз после танцев именинник выходил с Лариской на веранду - "подышать воздухом". Что там происходило можно было догадываться. И вот теперь именинник вспомнил о попутчике своей новой симпатии. Так часто бывает - одна победа - не победа. И уговаривал Максима что - нибудь спеть, станцевать и так далее.

– Ну, хорошо - решился Максим. Нежданная ревность жгла его изнутри. - Хорошо. Как там музыка, еще не перепилась?

– Ну, зачем так. Все, что пожелаешь.

Максим подошел к седому, уже смотрящему глазами в разные стороны руководителю оркестрика и что-то прошептал на ухо. Тот вздрогнул, внимательно посмотрел на юношу и, несколько протрезвев, пошел озадачивать музыкантов.

– А теперь нам споет наш таинственный гость! - объявил именинник. Не судите, да не судимы будете! - заранее попросил он.

– Хорошо. Но, может… Там песня лучше с танцем. Кто со мной станцует? - женщины сконфуженно начали отворачиваться. Нет, потанцевать с юношей они были и не против. Но на сцене… Дело пахло какой-то буффонадой, участвовать в которой еще не позволял набранный градус.

– Ладно, пожал юноша плечами и, закрыв глаза, сосредоточился. Он вспомнил образ легендарного певца, вспомнил записи его концертов, вспомнил трагическую его жизнь и смерть. Помоги! - мысленно попросил он легенду и словно почувствовал его рукопожатие. И под первые аккорды юноша узнаваемо наклонил голову, взглянул на гостей и вдруг…

– Эти глаза напротив… - это прозвучало так узнаваемо, так неправдоподобно идентично, что вначале споткнулся оркестр. Затем затихли гости. Но вот вновь зазвучала эта мелодия и юноша, поймав такт, запел тем самым, полузыбытым голосом с тем самым, сводящим женщин с ума тембром. Поверив в свершившееся, Максим спустился со сцены и, подойдя к Ларисе, продолжал;

Эти глаза напротив… кто это кто это?

– Это я - зашептала девушка, потянувшись к Максиму.

– Вот и свела судьба, вот и свела судьба… - они уже кружились в танце…

– Только не подведи, только не подведи,

Только не отведи глаз, - умолял певец, кружа девушку по залу.

– Не подведу. Не отведу… - шептала Лариса, уставившись на нового кумира восхищенными покорными глазами.

Он подвел девушку к ее стулу и посадил в какой- то характерной для больших залов гулкой, недоуменной тишине. В такой же тишине он сел на свое место и успел отпить какого - то сока. И тут началось.

А в специальном закутке, профессионально укрытым зеленью вьющегося винограда отчаянно и молча, злыми слезами плакала Элен. Ираклий утроил весь этот спектакль для нее - пора было ей решаться использовать юнца. Но такого эффекта не ожидал даже он.

– Он ее любит. Да? - провоцировал молодую женщину интриган.

– Мне не пел… Пацан. Да что в ней такого. Неоперившийся цыпленок. Даже не курочка.

– Молодость, дорогая, молодость. Ты, конечно, тоже помолодела. Но. Им обоим по пятнадцать.

– Нет! Она старше!

– Это издали. Это так специально. Я знаю.

– Как он пел! Правильно, теперь начнется - прокомментировала она начавшийся женский ажиотаж. Вот и она, эта сучка. Уже и звезда не нужна…