— «Я хотел бы, чтобы все люди были моими друзьями, но мир суров, пусть ими будут хотя бы те, кто спас мне жизнь», — ты так сказал. А кто твой спаситель?

— Ну, хотя бы ты.

— Без обид, Данте, но если бы не Мария, я бы убил тебя на месте вместе с тем мальчишкой.

— Ты преувеличиваешь.

— Нет, если бы я прятался в одиночку, я бы и тебя не подпустил. Да и Байрон. Сколько раз он лично спас твою жизнь?

— Мне всегда везет, так что я спасаюсь сам.

— То есть, у тебя нету никакого повода, чтобы считать его своим другом.

— Спокойной ночи, Хьюго.

Данте молча повернулся спиной к говорящему магу и ушел в дом.

Бром остался один на бушующем ветру. Где-то вдалеке трещали кузнечики, а из-за дырявых туч виднелись звезды. Маг тер кольцо, рассматривая непроглядный силуэт луны.

«Байрон загадочен и жесток, Данте наивен и простодушен, а Марина бесполезна и чувствительна. Все вокруг грешны, или я слишком злобно смотрю на мир? Скорее, первое. Он скоро явится и разрушит эту наигранную идиллию, а что потом? Завершить командировку и уйти? Но тогда мое местоположение раскроется, как и живучесть моей псевдо жены. В то же время, могу ли я оставить ее одну, раз столько наобещал? Если возьму с собой, она будет обузой. Может оставить ее на Данте? Отправить ее в Виззир, подальше отсюда? В этом есть смысл».

С неба полились капли ледяного дождя.

«Ну почему именно я оказался самым разумным в этой самодовольной и лицемерной компании?»

Кудрявый парень вернулся домой.

Глава 10

«Где же он?»

Посреди гор на лавке восседал, скрестив ноги, Байрон. Он был одет в тот же белый халат, развивающийся на прерывистом горном ветру. Заснеженные глыбовые пирамиды виднелись не так уж далеко, закрывая собой вид на восходящее солнце, от чего свет проникал в это место лишь вечером, в остальное же время размеренное серое свечение блуждало меж деревянных столбов, усеявших скалистые окрестности. Волосы хромого мага вальяжно развевались на ветру, подражая движению пламени.

— Ты опять здесь?

К нему на улицу вышел ужасающий мужчина с перевязанными руками, он еле двигал своими тряпичными ручками, проходя по каменной тропинке.

— Я не могу смотреть, как ты накладываешь нити на руки, это ужасно.

— Ты долго еще будешь у меня гостить?

Несмотря на кошмарный взгляд, Гегель сейчас чуть ли не умирал от страха. Байрон несколько дней назад ворвался к нему в штаб, приставив нож к горлу. В последующие дни он обитал здесь, называя постоянную угрозу «сиделкой в гостях».

— Когда узнаю, где Бром, тут же уйду.

— То есть…

— Да не убью я тебя, не парься. Ты бесполезен, какой смысл тебя устранять, угрозы ты не представляешь.

— Спасибо.

Один из Селекторов, серых кардиналов всего магического мира, склонился на коленях перед медитирующим Байроном.

Почитаемый маг довольно улыбнулся, направив свой взгляд в высокую даль.

— Ты лучше займись своими магами.

— Конечно.

Гегель поспешно встал и отправился в штаб.

— Так-то лучше.

Перевязанный маг уселся в своем кабинете. На красных деревянных полках лежали книги в красивых переплетах, стол украшал анатомический макет человека, а на стене висела шерстяная голова оленя с большими ветвистыми рогами. Сам Гегель встревоженно приземлился на свое сиденье, схватившись за сердце.

— Слава богу, что он меня помиловал. Таким злым я его еще не видел. Его прошлое пугающе, что уж говорить о настоящем. Он монстр, таких надо убивать, но…. Это сделаю не я, я слаб и труслив, я не на что не годен.

Он начал нервно плакать, слезы потекли из его матово-черных глаз, опрокидываясь на убранный пол. Он резко открыл верхнюю полку тумбы, и достал оттуда маленький нож. Лезвие раскроило ему несколько вен на левой руке, пустив густую кровь из перевязанной руки. Гегель застонал и опрокинулся назад, чуть не свалившись на пол. На лице расползлась улыбка, а глаза умиротворенно закрылись.

— Я не мешаю?

В комнате стоял в черном сюртуке и белой рубашке какой-то молодой мужчина. Его продолговатая бледная голова покрывалась скоплением черным длинных волос. Они загнулись у ушей, пытаясь пробраться к его подбородку, и разделились одним сплошным пробором чуть левее середины лба. Карие глаза спокойно взирали на мазохистскую сцену, располагаясь между обширным лбом и длинными усами, прячущих его рот. Он вошел и вел себя аристократично, согнув одну из рук за спиной и выпрямив высокую спину.

— Ты кто?

Гегель отошел от экстаза, осторожно уставившись на вошедшего мужчину. Он выглядел очень глупо, будто его заметили за чем-то неподобающим, и он шокировано пытался осознать, что произошло. Хотя, да. Так и произошло. Почти.

— Лига же должна нападать на штабы, не так ли? Селекторы отправляют магов в одиночку либо попарно в заранее предупрежденные штабы, чтобы покончить с ними. Не правда ли, сир Гегель?

— Кто ты, черт возьми, такой?

— Я новый Селектор, позвольте представиться, Роберт Льюис Стивенсон, можете звать меня Стивенсоном.

— Давно ты в наших рядах?

— Нет, меня назначил Неизвестный буквально пару дней назад.

— Из Лиги вышел?

— Да, мистер, миссис Шелли выдвинула мою кандидатуру на пост нового Селектора.