— Знаешь, я осознаю, что я для тебя опасен. Сейчас я мало, что понял, но не прошло еще и месяца. Кто может предсказать, как много я о тебе узнаю через неделю или две. Но тебе нужна моя помощь, это твой приказ. Теперь это просьба.

— Ты до сих пор мой подчиненный.

— Кто? Я обычный парень из деревни, у меня темные волосы, а не пепельные кудри, как у твоего тупоголового ученика.

— Не превращай это в цирк.

— Так ведь приходится. Ты хочешь моей помощи, а я твоей — при этом я не могу тебе повредить, а ты не способен меня убить. Соответственно, никакая сторона не может надавить на другую, чтобы доминировать. Остается лишь компромисс.

— И что же ты предлагаешь?

— Я устраню ту проблему, ради которой мы тогда сели в автобус, а ты уволишь меня и забудешь о моем существовании. Каждый что-то даст и что-то возьмет.

— А что если я найду способ надавить?

— Ты его не найдешь. Моих слабостей попросту не существует. Да и тогда, мне будет легче банально тебя игнорировать.

— То есть, мы объединяемся против общего врага, а после расходимся в разные стороны?

— Ты имеешь что-то против?

— Нет, что ты.

Байрон протянул ладонь Брому, после чего их руки слились в рукопожатии Кровавый блик заката, уходящего под горизонт, как фотоаппарат, запечетлел этот знаменательный момент.

«Идиот»

«Идиот»

Одинаково оценив решение друг друга, Бром с Байроном уставились на голубой небосвод. Где-то вдалеке упала звезда, ознаменовав что-то мистическое.

— Кстати, продавец из книжного магазина передавал тебе пламенный привет, Байрон.

— Как он там?

— Поставки научной фантастики сократили, а вот фэнтези навезли целую кучу, что ему сильно не понравилось.

— Да, этот грубиян постоянно от чего-то ноет.

— Я думал, что ты в первый раз его увидел в день нашего приезда.

— Нет, он когда-то работал в штабе Бальзака, мы еще тогда с ним поругались.

— С каждым днем я узнаю о все большем количестве магов, это точно редкий дар?

— Да, нет, что ты, не подумай. Он просто привозил продовольствие и вещи на грузовичке.

— Упс.

— Постоянно выбирался из кабины и кряхтел: «Твою ж направо и налево! Опять заглохла, кабанья селезенка! Иди сюда, балда хромая, подержишь!»

— А ты что?

— А я ему: «Мисье, конкурс по самым тупым фразочкам в 5 километрах на запад»

— Ахаха, и что он ответил?

— Лучше тебе этого не слышать, это мультивселенский уровень оскорбления.

— Ладно.

Луна расползлась по водной глади, окрасив берега в молочный цвет.

— Тогда встретимся здесь же завтра утром, Бром.

— Хорошо, до завтра, союзник.

В то время, как Бруклинский Дьявол приглушенно смеялся в полуночной темноте, Байрон как всегда испарился.

Хьюго внутренне возликовал своим переговорам. Пока что все шло по его плану.

«Даже Байрон не оправдал своего величия»

. .

Да, молодой господин, вам что-то не понятно в моем повествовании? Уверенность Брома? Я хотел бы описать его план позже, ведь…. Слушаюсь.

. .

Стратегия Бруклинского Дьявола не была гениальной или же очень муторной, весь его план заключался лишь в одной вещичке.

Буквально за несколько дней до его встречи с бывшим наставником, Бром наладил контакт с Виктором Астафьевым, гостившего у него дома. Способность мальчика заключалась в копировании любого предмета, по размеру не превышающему объем самого Вити. Конечно же, после одного только озвучивания этой силы, Бром протестировал его возможности на своем кольце. Как оказалось, все особенности и свойства копируемого предмета беспрепятственно передавались своему двойнику. Но сам Витя предупредил, что создавая копию копии, а после копию копии копии, некоторые внутренние качества могли исчезнуть. Не долго думая, Бруклинский Дьявол создал с помощью пацана 56 рабочих и одно бесполезное кольцо, причем каждое из них абсолютно ничем не отличалось внешне от своего собрата.

План заключался в том, чтобы доверить Байрону бездейственное кольцо, которое после выполнения их договора привело бы его к глупой и скоропостижной смерти.

Марина отправилась в Виззир в сопровождении Данте, хоть и с досадой, но поклявшимся сохранить дорогую для друга девушку в сохранности.

Друг перестал быть другом, наставник перестал быть наставником и даже жена уже не была женой, потому что и Бром был уже не Бром.

Нравоучительные эпизоды в Сане, пытки, смерть Марины — все эти чудодейственные вещи оставили неизгладимое впечатление на его черством сердце, перевоплотив бездумного и мертвого Бруклинского Дьявола, опиравшегося на ледяную стену в Бруклине, в крайне осторожного, хитрого и сурового Хьюго, собиравшегося провести самую рискованную авантюру в его жизни.

Один из Селекторов глупо погиб, второй стал целью своих же товарищей, а остальные готовились к великой распре. Где-то далеко задумывал план по нападению заросший и обезумевший Карл. В горах располагался таинственный Стивенсон с неопределимой мощью. Некий Неизвестный дергал за загадочные нити, двигающие мир.

Вселенная готовилась к катастрофе.

Мир не спас красоту: Часть 2