Читаем Лунный плантатор полностью

— С вами интересно, — согласилась Бережная. — Думаю передача у нас получится, — двери лифта открылись. — А про «сплошное телевидение» нашему брату телевизионщику лучше не говорить. На телевидении эта шутка — табу! — рассмеялась Анна. — Любого телевизионщика трясет, когда ему говорят про «сплошное телевидение». Я вас тоже чуть не стукнула, — кокетливо улыбаясь проворила Аня. — Учтите.

— Мечтаю быть поколоченным вашими очаровательными кулачками, — сказал Родик, пропуская Анну вперед.

— Все шутите? — она вышла из лифта и погрозила Родику пальцем. — Но до чего приятно, — сказала она. — Вот мы и приехали. Идите за мной.

Анна Бережная пошла вперед по длинному коридору, указывая то на дверь с права, то на дверь с лева.

— Здесь у нас монтажная… Здесь костюмерная… Здесь звуковая… Здесь девочки чай пьют, — она заглянула в чуть приоткрытую дверь. — Девочки и мальчики, заканчивайте чай пить до эфира двадцать минут! Игорек, — обратилась она к кому-то за дверью. — Сегодня третья камера будет работать? Хорошо, — Аня пошла дальше. — А это студия в которой проходит наше ток-шоу… Садитесь в большое кресло и осваивайтесь. Я к вам гримера пришлю… А пока, — она вдруг резко остановилась и так быстро повернулась, что Родион чуть было не налетел на ее декольтированную грудь. — А пока я должна вас оставить. Извините, — и, потеряв к Родиону всякий интерес, она пошла давать указания своим коллегам.

Родик вошел в студию и осторожно переступая через вьющиеся по полу кабели, мимо рядов стульев для массовки, добрался до большого кресла возвышающегося в центре студии на восьмиугольном подиуме поверхность которого оказалась разрисованной под тюремную решетку. Креслом, кресло можно было назвать с большой натяжкой. Это была детальная стилизация под электрический стул. Не далеко от кресла, с краю поддиума, возле небольшого бутафорского «электрического» щитка с единственным рубильником стоял аккуратненький металлический хромированный стульчик для ведущей. Скорее не стульчик, а подпорка с седеньицем.

Сам подиум пока был освещен двумя софитами. Родион с опаской уселся в «кресло», поставив рядом свой заветный кейс с которым, неверное не расставался никогда, и ему пришлось немного подождать пока глаза привыкнут к свету.

Прямо над креслом, прикрепленная к длинной штанге висела телекамера уставившаяся на Родиона взглядом таким же мутным и безразличным как взгляд охранника на проходной телецентра. Еще выше в полумраке к потолку на стальных тросах были подвешены металлические конструкции с рядами погашенных прожекторов. Прожекторов было так много, что Родион с трудом представлял, что будет если все они вспыхнут одновременно. За спиной Родиона откуда-то сверху опускался серебристый задник на котором было написано «Лифт на эшафот» и ниже, но чуть мельче «Ток-шоу Анны Бережной». Обе надписи были оформлены так, что казалось будто они выжжены газовым лучом автогена в стальной плите, словно капли раскаленного до красна, кровавого расплавленного метала стекают по краям шрифта надписи и по заднику.

Из темноты студии от, дверей к Родику прошла полная женщина в парике и на распев, высоким, чуть писклявым голосом, не вязавшимся с ее пышным телом проговорила:

— Я тутошний гример. Меня зовут Евгения Валерьевна. Сейчас я вас немножечко подгримирую и причешу. Будете как новенький!

Она открыла небольшой чемоданчик который принесла с собой, достала из него какие-то расчесочки, кисточки, тампончики и с их помощью принялась ворожить над Родионом.

— Аня, запускать массовку? — непонятно откуда послышался сухой мужской голос многократно усиленный акустической системой студии.

По видимому Анна Бережная ответила утвердительно неизвестному глашатаю, потому, что в студии зажглось еще несколько прожекторов и ряды кресел стали заполнять приглашенные статисты.

— Десять минут до эфира, — провозгласил тот же голос.

Камера над Родионом вдруг дрогнула и поплыла по залу. На ней зажегся рубиновый огонек, похожий на огонек сигареты. За двумя другими камерами расположенными в студии возникло по оператору.

— Игорь, — сказал голос. — «Балка» временами теряет изображение. Будь добр, проверь «шланг»…

Камера на балке сделала круг по залу и уставилась на Родика. Родион засмотрелся на камеру и не заметил как рядом с ним появилась Анна Бережная.

— Ну, как вы? — спросила она наблюдая как толстая гримерша обхаживает Родиона.

— Пока никак, — пожал плечами Родик.

— Не дергайтесь, пожалуйста, — сказала гримерша.

— В общем так, — Бережная сложила перед собой ладошки. — Я буду вам задавать вопросы — вы поддерживать беседу. Сценария нет. Единой темы нет. Все сплошная импровизация.

Наше шоу называется «Лифт на эшафот». Представьте, что вы поднимаетесь на этом лифте и у вас осталось буквально несколько минут, что бы сказать этому миру все, что вы о нем думаете… Родион, у вас есть, что сказать миру?

— Думаю, что да, — стараясь не шевелится проговорил Родик и улыбнулся краешками губ. — У меня даже есть, что ему подарить!

— Пять минут до эфира! — донеслось свыше.