Читаем Луч солнца полностью

— Так было дело, У Ёу Маун?

— Да вроде бы так. Услыхал я, как До Нгвей Ньюн кричит соседке, что к ним в дом забрался Аун Син, и сразу же выбежал. Думаю, может, помощь нужна. Вместе с У Ба Ну прибежал.

— Хорошо. Свидетелей достаточно. Пойду сообщу в полицию, а вы идите по домам и ждите меня.

Так, из-за своей красоты Сейн У чуть не попала в беду. А Аун Сину за свои проделки пришлось отсидеть шесть месяцев в тюрьме. До Нгвей Ньюн ходила в суд и слышала, как судья огласил приговор. Сейн У хорошо запомнила тот день, когда тетка вернулась из города. С ней вместе была Ма Эй Шин, которая нередко заглядывала к ним в деревню.

— О! Какая ты красивая! — воскликнула она, увидев Сейн У.

Она запомнила тот день еще и потому, что именно тогда впервые в жизни она узнала, что она красивая.

Ма Эй Шин остановилась у них в доме и на второй день завела с До Нгвей Ньюн такой разговор:

— Я тебе вот что хотела сказать, До Нгвей Ньюн. Пришлась мне по душе твоя племянница. Здесь, в деревне, в глуши, ее красота завянет. Пусть ищет свою судьбу в городе. Хочешь, я возьму ее с собой в Рангун. Не такая уж ты здоровая и богатая, чтобы всю жизнь содержать здоровую девку. Жалко ее, конечно. Сирота, да и кровь родная. Вот и приходится тебе от себя кусок отрывать.

Ма Эй Шин была хитрой и знала, как добиться своего. Она сразу расположила к себе До Нгвей Ньюн, чтобы та согласилась отправить девушку в Рангун.

— Ты всегда была ко мне добра, Ма Эй Шин. Я тебе верю. Пусть Сейн У едет в Рангун, — может, найдет там свое счастье. Не знаю только, захочет ли она.

— Да ты что! Сколько раз она ко мне приставала, чтобы я взяла ее с собой.

Ма Эй Шин давно готовилась к этому разговору и узнала о девушке и об ее тетке все, что ее интересовало. Сейн У, совсем еще юная, не знала жизни. В ее возрасте красота кружит голову.

— Даже я, женщина, не могу глаз от тебя отвести, Сейн У. Только надо чуть-чуть приодеться. Эх, знала бы я, какой ты бутончик, захватила бы с собой побольше блузок и юбок. Ну да ладно, приедем, одену тебя, как куколку.

Девушка была без ума от доброты своей новой покровительницы и перемерила все наряды, которые привезла Ма Эй Шин.

— Ты мне с первого взгляда пришлась по сердцу, — говорила Ма Эй Шин. — Я решила увезти тебя с собой. Приоденешься — все городские ахнут.

— О Ма Эй Шин, умоляю вас, уговорите тетю отпустить меня.

Итак, с девушкой все в порядке, теперь оставалось договориться с До Нгвей Ньюн.

— Чтобы решить этот вопрос окончательно, вот что ты должна сделать. Возьми пятьдесят джа, отдай тете и скажи, что это от нас с тобой ей подарок. Не бойся, она не откажется.

Ма Эй Шин говорила так уверенно, что у девушки не возникло ни малейших сомнений относительно благоприятного исхода дела.

В Рангуне девушку поразили большие каменные дома и огромные толпы людей. Первые два дня Ма Эй Шин водила ее по магазинам, одела ее с ног до головы. На третий день показала ей город, пагоды Шведагон и Суле, зоопарк и прочие достопримечательности. А на четвертый день Ма Эй Шин отобрала у нее все наряды и заставила надеть старую юбку и блузку. Внезапная перемена поразила Сейн У. Она никак не могла взять в толк, что случилось, почему Ма Эй Шин больше не называет ее ласково «маленькой сестренкой».

— Эй ты, поди-ка сюда!

Сейн У не откликнулась, она подумала, что это не ее-зовут, а прислугу.

— Ты что, оглохла? Или зазналась? Я мигом поставлю тебя на место! На, получай! — И Ма Эй Шин стала хлестать оторопевшую девушку по щекам.

— За что? Что я вам сделала? Ой, тетенька, спасите меня!

— Забудь свою тетеньку! Нет ее здесь! Теперь будешь слушаться только меня, делать то, что я прикажу! Слышишь, мерзавка!

Сейн У, стиснув зубы, молчала. По щекам текли слезы.

— Молчишь! Ну, хорошо! Эй, дайте мне розги!

Тотчас же в дверях появился мальчуган, преклонив колено, протянул розги и убежал. Ма Эй Шин принялась избивать девушку. Та кричала, звала на помощь, потом, вконец обессиленная, в полуобморочном состоянии, она опустилась на пол.

— Простите, я буду вас во всем слушаться, только не бейте меня, прошу вас!

— Так-то оно вернее! Будешь работать прислугой в разных домах. Понятно?

— Да, госпожа.

— Придется поплакаться перед хозяевами, разжалобить их.

— Да, госпожа.

Почему ей придется «поплакаться и разжалобить» кого-то, Сейн У не поняла, но поспешила согласиться, чтобы не сердить Ма Эй Шин.