Читаем Ловцы кошмаров полностью

Кварталом лавочников называли переплетение около дюжины улочек разной длины, ширины и направленности. Ориентироваться здесь было непросто, и даже местные порой не могли ответить на вопрос, где искать тот или иной магазинчик. А после продолжительного блуждания по мощёным камнем улицам находка обнаруживалась за углом от того места, где задали вопрос.

Дело в том, что все здания здесь стояли как на подбор одинаковые. Двухэтажные, из серого кирпича и деревянных балок, упирающиеся боковыми стенами в два других, но точно таких же дома. Различались только вывески. Но вывесок было столько, что они скорее создавали хаос, нежели помогали отыскать нужную лавку.

Лавка ведуньи спряталась в неприглядном маленьком переулке. Никаких опознавательных знаков у неё не имелось, так что внутрь обычно входили лишь те, кто знал, что ищет. Либо вконец потерявшиеся путники. Размером дом уступал тем, что располагались в более выгодном месте. Но в остальном он точно их копировал как внешне, так и внутри: первый этаж отводился для работы, в то время как второй был обустроен для жизни хозяина лавки.

Постучав в дверь, королева Гвелеста вошла внутрь.

— Я сейчас спущусь, — донёсся до неё немного хриплый голос со второго этажа. — Располагайтесь за столом.

В лавке оказалось темно и душно. Источниками света служили открытый камин и свечи, стоявшие на круглом столе. Все окна хозяйка завесила плотной, непроницаемой светом тканью. Внутренние помещения были полностью обшиты деревом. У стен стояли стеллажи с разномастными склянками, высокий шкаф с книгами и пара шкафов поменьше с великим множеством маленьких выдвижных ящиков. Гвелесте оставалось только гадать, что может быть внутри. С потолка тут и там свисали сухие букеты трав и цветов. Ароматы от них вяло растекались в густом воздухе помещения и слегка дурманили непривычную к такому королеву.

Чтобы не нарушать законы гостеприимства, Гвелеста не позволила себе слишком много глазеть по сторонам и прошла за названный стол. Из-за жары ей пришлось снять с себя плащ и повесить его на спинку стула. И, едва она села, на лестнице показалась хозяйка. Ведунья была облачена в длинное шерстяное платье тёмного зелёно-серого оттенка. Поверх платья, на плечах, лежало несколько шерстяных же платков, что заставило удивиться Гвелесту, ведь в начале лета, да с горящим камином и при закрытых окнах в доме было ощутимо жарко. Но ведунье как будто всё равно недоставало тепла.

Прожитые годы оставили отпечаток на лице Энусты. В уголках глаз, на лбу и близ носа располагались морщины. Волосы, выбивающиеся из-под чепца — койфа, уже давно посеребрила седина. В дополнение ко всему она заметно сутулилась, что лишь добавляло ей возраста.

— Вот-вот, уже спускаюсь, и мы начнём, — едва слышно бормотала себе под нос хозяйка дома.

В уголке рта у прорицательницы был тлеющий тонкий свёрток из трав, обёрнутых папирусной бумагой. Садясь за стол, Энуста последний раз затянулась и, выдохнув в воздух резко пахнущее облако дыма, затушила скрутку.

— Простите меня за эту привычку, — скорее из должной вежливости, нежели правда чувствуя вину, сказала Энуста. — Помогает прочищать мозги.

— Ничего, — ответил Гвелеста, силясь перетерпеть появившееся щиплющее чувство в носу. — Я здесь не для того, чтобы осуждать чужие страсти.

— Верно молвите, ваше величество, — усмехнулась Энуста.

— Значит, вы узнали меня…

— Конечно. Я отлично помню лица всех, кто ко мне приходит. А вы в своё время заглядывали ко мне частенько.

— Хм-м… — королева слегка смутилась. — Надо ли мне просить вас отдельно о сохранении приватности не только цели моего посещения, но и самого визита как такового?

— Нет, ваше величество, не нужно. Каждый, кто сюда приходит, уязвим в поиске ответов на свои вопросы. Не должно было бы мне пользоваться этой уязвимостью. Моя роль в другом.

— Благодарю.

— Если это всё, тогда приступим.

Энуста встала из-за стола и пошла вкруг по всему помещению. Сорвала несколько пучков свисающих с потолка трав, что-то вытащила из ящичка одного из шкафов, со стеллажа достала ступку и бросила всё собранное туда. Затем она взяла пестик и принялась толочь смесь.

— Когда я буду провидеть, я могу показаться странной или даже одержимой. Точно сказать, что со мной будет, я не берусь — каждый новый ритуал может иметь свои отличительные особенности, которые мне неподвластны. Как бы то ни было, не пытайтесь мне мешать.

Королева кивнула в знак того, что поняла. Эту фразу Энуста произносила всегда, перед тем как начать сеанс.

— А теперь расскажите мне, о чём вы хотите узнать. Можно непрямым вопросом. Просто облеките в слова то, что вас волнует.

— Я попытаюсь, — собираясь с мыслями, сказала Гвелеста. — В последнее время мне снятся кошмарные сны. В этих видениях моё королевство находится либо на грани войны, либо уже атаковано врагом. Мне доподлинно известно, что кошмары посещают не одну меня, хотя, что снится другим, — для меня загадка. Меня страшит мысль о том, что эти сны — предвестники зла в Фэранфаде. И я хочу знать, так ли это. И что я могу сделать, чтобы этого избежать.