В этом Алисия была далеко не так уверена уже через несколько часов, когда лежала в темноте рядом со спящим Трэвисом. Где-то за деревней ухала сова, мириады гудящих и жужжащих насекомых вносили свою лепту в музыку летней ночи. Алисия все еще чувствовала на себе тяжесть его тела, помнила о горячей лаве семени, хлынувшей в ее лоно. Он обладал ею несколько раз. Он никак не мог удовлетворить свое желание, и она сдалась.

Алисия не столько стыдилась того, что он насиловал ее — если это можно назвать насилием, — сколько своей ответной реакции. Удовлетворенному, пребывающему в томной расслабленности телу Алисии нужна была передышка. Одной рукой Трэвис обнимал ее грудь, и она не отодвинулась, не убрала его руку. Как долго еще смогут ее разум и сердце противиться порочной податливости ее тела? Сколько еще времени понадобится для того, чтобы он вновь завладел ее душой?

Алисия залилась стыдливым румянцем, когда Трэвис заворочался и во сне погладил ее возбужденный сосок. Даже эта мимолетная ласка вызвала томление внизу живота. Алисия знала, что, стоит ей протянуть руку и прикоснуться к нему, как он окажется в ней, чтобы удовлетворить ее. Пока она в пределах его досягаемости, этого не избежать. Ее душа растоптана в порочной похоти, которая хуже опиума или виски. Хотя Алисия сознавала, что это не так, ее тело томилось в ожидании наслаждения, которое давал ей Трэвис.

Когда Трэвис проснулся и увидел, что Алисия не спит, он потянулся к ее губам, и она ответила на его поцелуй. Трэвис притянул ее к себе, и Алисия с пьянящей страстностью обхватила ногами его бедра, безропотно отдаваясь ему.

Ей нужно как-то покончить с этим, но не этой ночью.

Глава 31

На рассвете их разбудил двоюродный брат Трэвиса. Он едва обратил внимание на Алисию, которая торопливо натягивала на себя одеяло, чтобы скрыть наготу. Бледный, с сурово сжатыми губами, он отрывисто произнес несколько слов. Не выспавшийся после ночных упражнений, Трэвис не сразу понял, о чем говорит Медвежья Гора, и попросил его повторить все сначала. Наконец, кивнув, он отослал двоюродного брата.

Вцепившись в одеяло, Алисия с тревожным ожиданием смотрела на Трэвиса. У нее кружилась голова и крутило в животе, что подтверждало ее догадку о беременности. Но она решила держать эту новость в тайне.

— У Хомасини сильные боли. Брат боится, что она опять потеряет ребенка. Он думает, что ты могла бы помочь ей. — Трэвис сел и потянулся за брюками. Взглянув Алисии в глаза, он понял, что победить ему не удалось, но у него не было выбора. Лучше было бы оставить ее здесь, но людям из своего племени он доверял не больше, чем ей. Придется взять ее с собой.

Алисия изумленно взглянула на него:

— Чем я могу помочь? Я ничего не понимаю в этом. Ей нужен врач.

— Я знаю. — Резким движением Трэвис сорвал с нее одеяло и бросил ей одежду. — Нам придется отвезти ее в Сент-Луис.

Алисия сразу согласилась. Она с готовностью схватила юбку из оленьей кожи, к которой накануне относилась с таким пренебрежением.

— Как мы отвезем ее туда? Я думаю, путешествие может ей повредить. — Она обернула юбку вокруг талии и потянулась за блузкой.

Трэвис с усмешкой наблюдал за Алисией, у которой глаза загорелись жаждой деятельности. Он не дал ей причесаться накануне вечером, и сейчас волосы спутанными прядями разметались по плечам и спине. Если бы не светлая кожа, то Алисия в этом наряде выглядела бы почти как индианка. Трэвису доставило удовольствие думать о том, что под этой одеждой она голая. Подмять ее под себя — это секундное дело. Он видел, что она все еще противится ему, все еще отказывает ему в том наслаждении, которое с готовностью дарила раньше, но он не мог жаловаться. Он брал ее против ее воли, и потому реакция ее была соответствующей. Впрочем, пока и этого достаточно.

— Нам придется вернуться на килевой лодке. Сообщение дойдет до Огаста утром, а на ферме наберется достаточно людей из команды для такого короткого перехода.

Алисия не осмеливалась спросить, возьмет ли он ее с собой. Его хмурый вид не располагал к разговорам, но вселял в нее надежду. Она надеялась, что он не оставит ее здесь.

Следуя за Трэвисом к вигваму Медвежьей Горы, Алисия старалась не думать о том, как будут развиваться события в Сент-Луисе. Если отец в городе, она могла бы попросить у него защиты и потребовать отослать ее домой. Скандал будет ужасный, но когда-нибудь страсти улягутся. Даже если об этом прознают в Филадельфии, какое это имеет значение? У нее не было желания выходить замуж. Если же его сейчас там нет… Об этом лучше вообще не думать.

Хомасини встретила их появление слабой улыбкой. Алисия присела рядом с ней, пока мужчины тихо беседовали о чем-то. Глядя на испуганную Хомасини, Алисия оставила все свои надежды на свободу. Не важно, что будут говорить о ней в обществе. Первым делом нужно спасти ее ребенка.

Под руководством Хомасини Алисия заварила чай из коры и подала его больной. Похоже, кровотечения пока не было, и Алисия принесла одеяла и меха, устроив Хомасини поудобнее. Ее беспокоило, что Трэвис ушел, но она не думала об этом. Он вернется.