Читаем Лорд-мошенник полностью

Алисия не ожидала столь раннего возвращения Трэвиса, но тут же отложила бумаги, встала ему навстречу, обняла и поцеловала. Трэвис закрыл глаза, вдыхая божественный аромат гардений, потом наклонился к ней, чтобы вкусить сладость ее губ. Он никогда не насытится мягкими изгибами ее тела, прикосновением полного бюста к его груди и радостью, испытываемой им каждый раз, когда она с такой готовностью прижимается к нему. Он долго добивался этого и не откажется от своего счастья.

Его рука легла на ее грудь, и он нащупал затвердевший под тонкой тканью сосок. Алисия задохнулась от сладостного ощущения. Она таяла от его ласк, а он прижал широкую ладонь к ее выпуклому животу.

— Я не пропущу ни одного дня роста этого малыша, — поклялся Трэвис, поглаживая ее живот. — Я хочу почувствовать, когда он начнет двигаться.

С любовью глядя на орлиный профиль мужа, Алисия хрипло рассмеялась.

— Если он такой же, как первый, я с радостью отдам его тебе, как только придет время. Мне казалось, что я одержима дьяволом.

— Так оно и было, — согласился Трэвис, бросив взгляд поверх ее плеча на сына, усердно ломавшего деревянный фургончик, который он сделал ему в подарок. — Интересно, другие дети тоже ломают все, чем владеют?

Алисия повернула голову, чтобы посмотреть, что Трэвис имел в виду, и улыбнулась:

— Только те, которые хотят узнать, как устроены вещи. Думаю, он только что додумался, для чего нужно колесо.

Трэвис недоверчиво хмыкнул и вернулся к созерцанию содержимого полурасстегнутого лифа Алисии.

— Почему он не с Анной-Мари? У меня появилось немного свободного времени, которое я собирался провести с пользой.

— Трэвис! — запротестовала залившаяся румянцем Алисия, но, застегнув одну из нижних пуговиц лифа, направилась к двери позвать служанку.

Алисия стеснялась взглянуть в глаза Анне-Мари, когда Трэвис решительно направил ее с ребенком в холл, но, как только они вошли в спальню и Трэвис закрыл за ними дверь, природа сказала свое слово. Алисия обвила его шею руками и притянула к себе его голову.

Трэвис с готовностью наклонился к ней и, совершенно забыв о письме в кармане, прильнул к ней в горячем поцелуе. Пуговицы лифа беспокоили его, впиваясь в грудь, и он принялся быстро устранять причину неудобства.

Трэвис положил Алисию на матрас, и она потянулась к нему, чтобы стянуть с него рубашку, и только тогда шуршание бумаги напомнило ему о новостях, которые он принес.

Трэвис с усмешкой положил письмо на живот Алисии, а сам сел на край кровати и принялся стаскивать сапоги. Даже не глядя на нее, он представлял себе ее действия. Она поудобнее облокотилась на подушки, не обращая внимания на сползшую вниз сорочку, которая открывала полные груди и обнажила ее соски. Тонкая ткань, наверное, задралась над округлыми бедрами, открывая чулки, подвязки и бледную полоску кожи над ними, которую он очень хотел поцеловать прямо сейчас. Как же он хотел ее! От возбуждения у него заломило в паху.

— Трэвис! — Алисия взволнованно вскрикнула, пробежав взглядом написанное изящным почерком на дорогой бумаге послание. — У твоего отца появился еще один сын для наследования титула. Леди Ройстер, наверное, уже была беременной, когда приезжала к нам.

— Вот что делают с вами американские зимы, — с серьезным видом согласился Трэвис, отбрасывая рубашку и откидываясь назад, чтобы погладить ее бедро. Письмо утратило свою актуальность при виде шелковистой кожи, скрывавшейся под отделанной кружевами сорочкой. Его рука сжала ее колено, потом заскользила вверх по затянутой в чулок ноге.

Алисия не успела дочитать письмо до конца, потому что рука мужа уже прокралась под ее сорочку. По жилам ее растекся жар, скапливаясь в том месте, где ее касалась рука Трэвиса. Потом он проделал тот же путь губами. Алисия застонала л отбросила письмо. Зарывшись пальцами в его волосы, она попыталась остановить его продвижение.

— Трэвис! Ты сумасшедший. Он пишет, что ты все равно его наследник, и он хочет, чтобы мы приехали к нему погостить. Что будем делать?

— Не знаю, как ты, но что я буду делать сейчас, это я знаю точно.

Когда он вошел в нее, Алисия вскрикнула от удовольствия, а забытое письмо упало на пол.

У них еще будет время обсудить путешествие в Англию. Сейчас же они любили друг друга.