Читаем ЛюБить полностью

Его лицо оставалось неизменным, оно продолжало кривиться в зверской маске, но вот глаза теперь смотрели по-другому.

– Не сегодня, Алексюш… – медленно произнёс он, не спуская с неё глаз и прокручивая в голове какие-то мысли.

Но лицо Алексы, казалось, становилось всё безоблачнее, невиннее, будто происходящее вообще никак её не касалось.

– Сюда иди-ка… – разгневанно крикнул он, круша что-то в прихожей, и Нонна тут же повиновалась, выбежав за ним.

– Я уже здесь! Может, посидим, поговорим спокойно… – заикалась тётушка.

– Ты чё мне врёшь? – презрительно прохрипел он. – Ребёнка в шкафу держать! Бл…дь… Чё, попутала? От меня, сука, прятать!

– Ой… ой… Алёшенька! Что же это такое делается? Да как же так? – тётя вскрикнула, и Алекса похолодела. – На старшую сестру! Ой… нехорошо, Алёшенька…

Входная дверь с грохотом хлопнула, и Нонна вбежала в комнату, держась за лицо. Из уголка её губ стекала струйка крови. Глядя на полную обескураженность женщины, Алекса испугалась ещё больше.

– Беги скорее к соседям… немедленно. Тебе нельзя здесь оставаться!

– Но он же меня увидел!

– Уходи, слышишь? Он сейчас вернётся! Вызывай милицию! Прибьёт он нас тут всех! Мать твою надо как-то предупредить… Слышишь?! Беги, скорее! Ой… ужас какой! Помоги нам, Господи! – она трижды перекрестила её, и Алекса выбежала из квартиры. – Пресвятая Богородица…

* * *

Краем уха Алекса слышала о том, что, прежде чем наряд милиции прибыл на место потасовки, Чирик успел нанести свой коронный удар и сломать дяде Коле нижнюю челюсть. Последствия этого хука оказались отнюдь не шуточными, и врачи, устанавливавшие пострадавшему шину-скобу, предсказали весьма нерадостный прогноз на многомесячное и упорное заживление межчелюстной кости с приемом жидкой пищи исключительно через трубочку. Нападение на брата, старшую сестру, Колину жену и испуг младшей дочери стали для Марии последней каплей, и она приняла окончательное решение о разводе. Пока Червонец находился в районном СИЗО до выяснения обстоятельств, она взяла на себя обязанности по уходу за братом и параллельно готовила все необходимые бумаги, чтобы брак был официально расторгнут.

Ранним утром шестого января заспанная Алекса покинула свою уютную комнату и вошла на кухню, откуда доносились приятные ароматы. Мария стояла у плиты и, держась за ручку серебряной кипящей турки, что-то разъясняла своему оппоненту по телефону. На ней был белый импортный костюм, кремовая блузка и металлические бигуди на резинках. И как она спала с этими железными штуками?.. Продолжая вести беседу, она подмигнула Алексе, сняла с плиты турку, налила кофе в маленькую цепторовскую чашечку и, так и не присев за стол, мгновенно выпила её.

– Проснулась, доченька? – улыбнулась она, когда отключила связь. – Что будешь на завтрак?

– Я ещё не успела проголодаться, – не сдерживая сладкой зевоты, пробубнила Алекса. – Я чуть позже съем булку с маслом и какао.

– Опять всухомятку? – отвлекаясь на телефон, возмутилась Мария.

– Почему опять? Вчера, например, я ела жидкое!

– Ты имеешь в виду чай?

– И его тоже!

– Ладно, садись давай, перекусывай, – сдалась она, – а позже обязательно как следует пообедай. Договорились?

– Договорились… – нехотя согласилась она, наблюдая, как Мария бросила взгляд на наручные часы, ловко стянула бигуди и, расправив локоны, покрыла голову тонной лака.

– Мама, так у нас вечером всё остается в силе? – думая о предстоящем празднике, поинтересовалась Алекса.

– А кто может помешать осуществиться нашим рождественским планам?

– Не знаю… У тебя всегда столько работы…

– Сегодня минимум дел. Заскочу в одно место и сразу домой.

Она накинула на плечи норковый полушубок и энергичной походкой прошлась по коридору, чтобы взять свой портфель и перчатки. После этого она заключила Алексу в свои объятия, трижды поцеловала её в щёчку и, нежно стерев след от губной помады, поспешила на встречу. Вернувшись в одиночестве на кухню, Алекса насыпала какао в кружку с холодным молоком и выглянула в окно, чтобы проводить маму взглядом.

Зимний пейзаж за стеклом отнюдь не впечатлял: пасмурное небо с чёрными прожилками, местами туман, съедающий некоторые здания, на дорогах грязный снег. Но стоило ей подумать о том, что уже завтра они окажутся на любимой базе отдыха, которую окружают сосновые рощи, ледяные озера, белый, девственно чистый снег, а разрешённая рыбалка, русская баня, коттеджные домики и развлечения на снегокатах располагают к насыщенному и разнообразному времяпрепровождению, она моментально приободрилась. Наконец, внизу показалась Мария и, укрываясь в воротник от ветра, направилась к машине. Очередные неотложные дела. И какая ей охота выбираться из дома в праздничные дни, да ещё и в такую погоду?.. Подойдя к водителю, который ожидал на улице, Мария сказала ему несколько слов, получила от него ключи и, заняв место за рулем, отпустила. Через мгновенье грубоватый высокий джип ловко сдал назад и, не теряя ни минуты, сиганул со двора.