Читаем Лица эпохи полностью

И одобрил Чингисхан слова Толуя, и повелел при этом: «Да будет же один из сыновей Хасара наследником его! Да унаследует потомок Алчидая его наследство! Да станет Отчигиновым преемником один из сыновей его! И да придет на смену Бэлгудэю его же семя! (Выше перечислены пять братьев Чингисхана.) Один из вас, сынов моих, да унаследует престол мой! (Тем самым было установлено, что великоханский престол могут наследовать только потомки Чингисхана.) Да будут оставаться неизменны, и нерушимы, и неоспоримы все мои веленья!

Чингисхан до этого хуралдая и после него, как свидетельствует Рашид ад-Дин, «испытывал сыновей в делах и знал, на что пригоден каждый из них». А другой летописец той эпохи, Джувейни, в «Истории завоевателя мира» (далее «ИЗМ») добавляет: «Чингисхан из дел, которые он (Угэдэй) совершал, и слов, которые произносил, обыкновенно видел, что он годится для трона, для управления государством и войском… И предположениями и намеками он рисовал эту картину в сердцах других своих сыновей… и постепенно заронил эти семена в самой глубине их души». Очевидно, это происходило и так, как мы читаем в опубликованном В. Котвичем наставлении Чингисхана сыновьям:

«Чингисхан спросил у своих сыновей: «Какое празднество выше всех празднеств? Какое наслаждение выше всех наслаждений?»…

Цагадай сказал: «По моему мнению, если подавить врага, разгромить наездника, расторгнуть сговоренных, заставить верблюдицу реветь по верблюжатам и привезти с собой добычу – это будет высшее удовольствие».

Зучи сказал: «На мой взгляд, высшее удовольствие – разводить многочисленные табуны лошадей, пускать взапуски многочисленных двулеток, воздвигнуть себе ставку и забавляться пиршествами».

Угэдэй сказал: «Я полагаю, что лучшее из наслаждений будет в том случае, если обеспечить благоденствие великому государству, созданному трудами нашего отца-хана, предоставить своему собственному народу жить в ставке в блаженстве и процветании, держать в порядке дела государственного управления, дать возможность наслаждений старейшинам и обеспечить спокойствие подрастающей молодежи».

Тулуй сказал: «По моему мнению, высшее блаженство заключается в том, чтобы тренировать своих аргамаков, бродить по глубоким озерам, спуская своих старых ястребов, и устраивать охоту на птиц, ловя серых уток».

Чингисхан сказал: «Зучи и Тулуй, вы оба говорите речи маленьких людей. Цагадай ходил вместе со мной на врагов и потому говорит такие слова… Слова же Угэдэя – вполне правильны».

Чингисхан сказал: «Если дела государственного управления находятся в порядке, если хан государства – мудр и искусен, если начальствующие братья его обладают совершенствами, если давшие ему жизнь отец и мать живы и невредимы, если у него имеются чиновники, знающие дела государственного управления, если он располагает войском, способным подавить врага, если его жены, дети и потомство будут здравствовать до скончания веков, если ему будет покровительствовать могучий вечный дух вселенной (Всевышний Тэнгри), – то в этом и будет заключаться его несравненное великое блаженство».

Так или иначе, по свидетельству Джувейни, когда «Чингисхана вдруг сразил неисцелимый недуг… он призвал к себе своих сыновей… и сказал так: «Если вы желаете провести свою жизнь в довольстве и роскоши и насладиться плодами власти и богатства… пусть на трон ханства вместо меня взойдет Угэдэй, поскольку он превосходит вас здравостью рассудка и проницательностью ума; и пусть управление войском и народом и защита границ Империи осуществляются его здравомыслием и мудрыми решениями».

Тогда его сыновья, продолжатели его дела, поклялись хану-отцу: «Наше благо и благо наших преемников зависит от того, как исполняются наказы Чингисхана, и в наших делах мы вверяем себя его наставлению».

Как свидетельствует «ССМ», воля Чингисхана была исполнена его сыновьями: «В год Мыши (1229) в местности Худо арал, что на Керулене, сошлись Цагадай и Бат (сын Зучи, будущий хан Батый), прочие властители улуса правой руки, нойон Отчигин (младший брат Чингисхана), Егу, Есунхэ (старшие сыновья Хасара, брата Чингисхана) и прочие властители улуса левой руки, Тулуй (младший сын Чингисхана) и прочие властители срединного улуса, а также прочие наследники, нойоны-темники и тысяцкие. И исполнили они сокровенное повеление владыки Чингисхана, и возвели на ханский престол Угэдэя».

Как и было завещано ему отцом Чингисханом, Угэдэй сразу же занялся «управлением войском и народом и защитой границ империи».