Читаем Листья коки полностью

— Именно. Что-то происходит, чего мы не знаем и что облегчает нам успех. Но чтобы победить, надо знать. Нужно разобраться во всем, дон Хуан! Мы жалкая горсточка воинов в самом центре могущественного королевства, которое почему-то не сопротивляется нам.

— Когда Кортес завоевывал Мексику…

— Его принимали за бога, — прервал Писарро. — И кроме того, он нашел союзников. Без их помощи он погиб бы. Нас здесь не считают богами, но союзники нам нужны. Чтобы их найти, следует приглядываться к происходящему вокруг. Необходимо смотреть и слушать, дон Хуан. Обращать внимание не только на красивых девок и золото. Для золота еще хватит времени после победы…

— Проклятый ублюдок! — с ненавистью пробормотал Хуан Рада, когда полог шатра наместника опустился за ним. — «Для золота еще хватит времени!» А как он сам-то уже сейчас торопится это золото собрать и припрятать! Якобы для его королевского величества… Ну, подожди, ублюдок! Уж мы проследим за тобой! Уж мы припомнит тебе в свое время, сколько и когда ты взял!

Надменно, вежливо, но без улыбки он отвесил поклон патеру Пикадо, секретарю Писарро, который, как всегда тихий, услужливый, уступающий всем дорогу и всегда все знающий, бочком приближался к шатру наместника. Пикадо, поверенного Писарро, ненавидели в лагере все за двоедушие, ложь, страсть к интригам. Правая рука невежды-авантюриста, Пикадо обладал огромной властью.

Вслед за патером шел молодой индеец с глуповатым лицом, в одежде белых, но в сандалиях и туземном плаще. Он особенно гордился своими штанами и шляпой.

— Лиса! Лиса и вонючка! — сплюнул им вслед дон Хуан.

Молодой индеец, невольник, после крещения получивший имя Фелипилльо, был родом с одного из прибрежных островков у южных берегов этой страны. Его захватили во время первой неудачной высадки, доставили в Панаму, крестили и теперь при Писарро он исполнял обязанности переводчика.

— Ну вот не хватало только еще уважаемых братцев! — сказал самому себе Рада. — Ну, разумеется, теперь уже все собрались: дон Гонсало, дон Эрнандо, дон Хуан — словом, все Писарро! Весь род! Ублюдки, хамское племя! Тьфу! А мы, дворяне, идальго, обязаны им кланяться!

С минуту он раздумывал, потом повернулся и, чтобы избежать встречи с чванливыми братьями наместника, направился к палатке Диего де Альмагро. Там собрались все недовольные суровым обращением и грубостью вождя, а может быть, еще больше его безграничной, даже нескрываемой жадностью к золоту.

Тем временем в шатре Писарро уже шло важное совещание. Четверо братьев и патер Пикадо сидели вокруг стола, а Фелипилльо, пристроившись на корточках в глубине шатра, был целиком поглощен собой, любуясь своим новым камзолом. Говорили вполголоса.

— Дон Хуан Рада…

— Который даже не способен скрыть своей ненависти к нам…

— Не прерывай, Эрнандо! Так вот, этот Рада был сейчас в каком-то городке. Как он там называется? Уорино, что ли. Из тамошнего храма он принес вот эти штучки. Чистое золото. Клянусь слезами святой девы, за одно это в Испании можно приобрести замок. А Уорино — это лишь небольшое местечко, и храм там маленький. Я надеюсь, что в столице мы найдем кое-что посолиднее.

— Ты только надеешься, Франсиско? А я убежден в этом.

— Не для того мы перенесли столько трудностей, чтобы довольствоваться чем попало.

— Один переход через леса на побережье сделал нас героями, достойными самой высокой награды. Помните, как…

— Я вернусь только графом!

— Но-но! Как мои братья, братья королевского наместника, вы уже имеете право на графский титул!

— Однако новое звание нужно украсить еще и золотом.

— Это правильно! Хм, отец Пикадо, что вам удалось выведать от последних пленников?

Невзрачный секретарь безрадостно развел руками.

— Увы! Эти язычники ужасно закоренели в грехе. И дьявол, которому они служат, посылает им силы. Они умирают легко и ничего не говорят.

Франсиско Писарро задумчиво буркнул:

— Они смело сражались. Да, очень смело. Нам удалось захватить только раненых.

— Это тоже козни дьявола, — тотчас же отозвался Пикадо. — Только дьявол способен был помочь им так сражаться в битве с нами, рыцарями католического короля, с нами, которые несут им свет истинной веры.

Хуан Писарро откровенно расхохотался.

— Их еще нужно научить презирать богатство и чтить бедность! Уж мы об этом позаботимся!

— Правда! Зачем дикарям золото?!

— К тому же они используют его для таких нечестивых целей, как украшение языческих храмов, — вздохнул, возводя глаза к небу, патер Пикадо.

Наместник чуть поморщился и сказал, обращаясь к Пикадо:

— Вы хотели, падре, собрать сведения об этой стране. Неразумно было бы идти дальше, ничего не зная, рискуя угодить в ловушку. Когда Кортес завоевывал Мексику, у него были сведения об этом королевстве, он получил их от вновь приобретенных союзников.

Патер вздохнул, на этот раз явно озабоченный.