Читаем Лирика полностью

Лирика

За бортовым кипеньем штормаМне не забыть ночной парад —Вокзал в огнях и у платформыШеренгой поезд на парах,Ее встревоженную нежность,Тугое упоенье рук,Приказ звонков и марш железныйВ вагоне скорого на юг.Она — на юг, в сады магнолий,А я — в бессонницу морей,Чтобы развеять чувство болиИ потопить тоску о ней….Какое торжество разлива,Какой невиданный простор!Мятутся волны и ретивоСо мной вступают в разговор.Как бы заламывая руки,Пружинясь грудью на меня,Они отчаянье разлукиНапрасно силятся унять.Напрасно бьются и качают,Вскипают буйно под винтом —Им не унять моей печалиО днях рассыпанных, о томПараде ночи освещенной,О марше поезда, о ней…Она — на юг, в сады магнолий,А я — в бессонницу морей.

1926

В СЕВЕРНОМ МОРЕ

Я не знаю, не знаю наверное,Почему я охвачен тревогой.Разошлось, разгулялось Северное,Так и хлещет волною широкой.И грохочет пальбою пушечной,Вспоминая недавние были:Как на бой, при огнях потушенных,По ночам крейсера выходили;Как под вымпелами БританииОт германских подводных лодокБроненосцы, смертельно раненные,Всеми трюмами пили воду.И, во тьме надрываясь зовами,Под неистовый вопль матросов,Вдруг проваливались, багровые,Прямо вглубь накрененным носом…Не по жертвам ли войн нескончаемых,Человечеству в укоризну,Сокрушается море в отчаяньеИ справляет суровую тризну?

1926

ТУМАН В ЛА-МАНШЕ

Приполз неслышно по водеСедой, на облака похожий.Истлело солнце в духоте,И путь дальнейший невозможен.По карте — рядом берега,На рифы напороться впору.Грянь, ветер, в эти облакаИ распахни, открой просторы.И распахни, разбей, развей,Пусть лучше шквал, и шторм, и качка,Чем эта тягостная спячкаВ Ла-Манше между двух морей.

1926

ВСТУПИЛИ В ОКЕАН

Шумит, колышется могучий.Он по размаху нам сродни.Но как томительно тягучиНа корабле пустые дни.О всем успеешь передуматьИ пережить, вторгаясь в даль,Мечты и чаянья КолумбаИ Чайльд-Гарольдову печаль.О суше встрепенешься болью,И, задымленные слегка,Из одичалого раздольяНа миг возникнут берега,Событий памятные числаИ ложный блеск пройденных стран.И снова предо мной лучитсяШирокой зыбью океан.Белеют облака в лазури,И вдруг, откуда ни возьмись,Нагрянет шквал — предвестник бури,И вот уже померкла высь,И волны мчатся, закипая,Переходя в крутой галоп,Как будто конница лихаяСо сталью сабель наголо.И мне отрадны перекаты,И этот рев, и гул, и плач,И ветра бурные сонатыНа деревянных струнах мачт.

1926