Читаем Лигр полностью

В истории литературы было немало творческих союзов, самые известные из которых братья Гонкуры, Козьма Прутков, Ильф и Петров, братья Вайнеры, А. и Б. Стругацкие. В 1922 году, в эпоху пролеткульта, увидела свет книга В. И. Богданова «Опыты коллективного литературного творчества». Содержание этой брошюры очень странное, но любопытное. Там есть, в частности, такие слова: «Не всякий человек способен писать художественно, но всякий коллектив это может… Чем больше участников, тем лучше получается произведение». Слава богу, литературные коммуны не прижились, разве что в так называемых «сериях». А соавторство осталось, в том числе и в фантастике. Охотно пишут в соавторстве, например, С. Лукьяненко, Н. Перумов, В. Логинов, А. Пехов. Устойчивые тандемы составляют Олди (О. Ладыженский и Д. Громов), Зорич (Д. Гордеевский и Я. Боцман), А. Лазарчук и Э. Успенский, Ю. Брайдер и Н. Чадович.

В 1999 году мы провели в Киеве фестиваль соавторства «Кентавр». Он был приурочен к выходу романа «Рубеж», впервые объединившему под одной крышей сразу пять писательских индивидуумов – Олди, Андрея Валентинова и нас с Мариной. Вместе с приглашениями участникам фестиваля была разослана анкета по проблемам соавторства. На анкету заочно ответили многие писатели, состоялась интересная дискуссия. Так, по мнению Б. Стругацкого, причинами соавторства в фантастике являются «дух соревновательности, склонность к безудержной выдумке». Интересную классификацию соавторства предложил Э. Геворкян: «Кентавр – творческий симбиоз этически и эстетически «притертых» друг к другу людей, объединенных творческой интенцией. Химера – противоестественный союз (долговременный или краткосрочный) некоторого количества лиц, объединенных коммерческими интересами». Основная же проблема соавторства – трудности выбора среди нескольких вариантов сюжета, столкновение творческих амбиций, необходимость уступок. Здесь зона конфликтов и причина распада многих союзов.

Обратим внимание – кентавры в литературе почти все мужчины, и почти нет женщин-соавторов. Почему – ответ на этот вопрос мне очень интересен, но он заведет нас в дебри психиатрии.

Есть среди литературных кентавров несколько разнополых пар (тот же Зорич), но устойчивый дуэт супругов – редчайшее явление. Пожалуй, единственной известной мне такой парой являются Анн и Серж Голон, создатели знаменитой «Анжелики». Это псевдоним Симоны Шанже и ее мужа, Всеволода Голубинова. Но соавторы ли они были? Первое издание романа было под именем «Анн Голон» и, как сейчас утверждает Симона и ее дочь Надин, действительным автором была одна Симона Шанже, ее муж был больше помощником в поисках исторического материала в библиотеке.

Таким образом, наш опыт 25-летнего супружеского соавторства – не уникален ли? Если так, то это заслуга Марины. В начале нашей творческой жизни я был ведущим и испытал сладкое томление от восторгов юной ученицы. Потом девушка быстро обучилась и стала вровень со своим наставником. Прошли годы, и Маринка, познав в работе секреты мастерства и испытав то, чего не может испытать мужчина – например, вынашивание и рождение ребенка, – стала во многом уже моим учителем. При этом она научилась преодолевать мое упрямство, умело подыгрывая моей роли главы семейства.

Наш союз – это как бы театр одного актера. Марина в нем актриса, а я выступаю в роли режиссера. Но, конечно, психологию образов, характеры, конфликты мы проговариваем, проживаем вместе. У каждого из нас есть право «вето», но мы научились находить путь даже в тупиках, уважая и понимая друг друга и предлагая новые варианты решения. У нас нет ведущего и ведомого, столкновения амбиций. Каждый наш текст – это как бы двойная спираль ДНК, одна из частей которой от Марины, а вторая от меня. Обвивание друг друга нуклеотидами идей и любви – это и есть наше соавторство. Любая Камасутра здесь отдыхает. Я благодарен судьбе, что смог познать эту нежность.

Марина: Прошу простить моего мужа за такие метафоры. Но соавторство – действительно часть нашей супружеской жизни. Спасибо Сереже, он открыл для меня путь в литературу. Моменты счастья, которые мы испытали на этом пути – удивительны. Но самое чудесное происходит, когда мы, читая письма, участвуя в обсуждениях – ощущаем соавторами книг наших читателей. Это, наверное, и есть катарсис.

8