Читаем Левенхет полностью

Его внимание отвлекли шлепки со стороны Бракаса и Шилы, которые вместо того, чтобы заниматься готовкой, уселись на траве и нашли себе небезопасное занятие. Они сидели напротив друг друга и, сложив руки в ладонях, положили между пальцами лезвие ножа в горизонтальном положении. Каждый по очереди бил одной ладонью по лезвию ножа соперника так, чтобы нож прошёл между его пальцев, не задев их. Они обменивались ударами с большой скоростью, абсолютно не тратя времени на хоть какое-то концентрирование. По руке Бракаса уже стекала кровь, но вот Шила ещё ни разу не поранилась, да и, судя по всему, жуткий вид лица, изображённого на её маске, немного держал наёмника в напряжении. Марк наблюдал за ними ещё минуту, за которую те обменялись сотней шлепков, пока Бракас снова не поранил пальцы, но даже не скривился от боли.

— Я выиграла! — возвела все руки к небу Шила, — Три касания и все твои!

— Могла бы не уточнять! — буркнул и без того злой Бракас, вытирающий кровь с пальцев о свою куртку, — Просто не надо пилить меня взглядом своих долбаных пустых глазниц! Ты себя со стороны вообще видела?!

— Конечно видела, — с детской обидой в голосе ответила Шила, — я ведь уже говорила, что по меркам ликов, я та ещё красавица и просто не могу кого-то держать в напряжении. Уверена, Бракас, что если ты посмотришь на моё милое чёрное личико, то сразу же влюбишься.

— Ага, посмертно! — огрызнулся наёмник, — Я-то гадаю, чего все при взгляде на вас мрут как мухи, а то оказывается от любви!

— Бракас, больше никогда не произноси слово «любовь», — обратился к другу Фима, — из твоих уст это звучит ужасно.

— Как вообще можно играть в такое? — удивился Марк, смотря на порезанные пальцы наёмника — Это вообще можно назвать игрой? Игра — это когда весело.

— Разве это не весело? — возмутилась Шила, — Все лики играют в эту игру, при чём с самого детства. Лично я нахожу её довольно забавной.

— И во что же играл ты в Анте? — Бракас принялся нарезать картофелину на маленькие кусочки, оставляя на ней следы от крови, — Избей чародея? Кто глубже засунет палку в задницу афу? В чёрных шпилях Крова мы играли в игры намного жёстче, и в некоторых из них выйти победителем — это значит выжить. Кровь текла у нас не с пальцев, а по всему телу, когда тебя пытаются разодрать на части канавные зилобы. Я терял два пальца, которые мне потом пришивали чародеи, плату за услуги которых мы выигрывали всё в тех же играх, и знаешь, что?! — он внезапно бросил картофелину в котелок, подскочил к Марку, схватил его за воротник и, оскалив злобную рожу, прижался к нему лоб в лоб.

— Не знаю, — испуганно ответил Марк, смотря прямо ему в глаза.

— Нам было весело, мать твою, — выдержав небольшую паузу, ответил Бракас, отпуская Марка.

— А теперь представь, что он творит в гильдии, — сказал мальчишке, Фима.

Слева послышались шаги, Виктор вернулся с хижины. Вид у него был неважный, и Марк заметил, что левая рука вместе с предплечьем сильно опалена до чёрной корочки. Наёмник сел на траву рядом с костром, Бракас бросил ему флягу с водой, не сказав ни слова.

— Может, хотя бы ты объяснишь мне, что там было? — настойчиво спросил Марк, — Что за существо?

— Какая тебе разница? — ответил Виктор, сделав несколько глотков с фляги, — В их существование ты всё равно не веришь. Скажем так, очень злая штука, появление которой в этом мире нужно немедленно пресекать.

— Может это какая-то болезнь, которую можно вылечить и не приходить к тому методу, что используешь ты? Не всё же в этом мире нужно относить в категорию паранормальных явлений. Я нахожусь на большой земле довольно недолго, но уже убедился, что при помощи той же магии всё научно доказуемо.

— Болезнь? — усмехнулся Виктор, — Ну можно и, так сказать. Ты как всегда прав. Увы, но уже, как ты выразился, научно доказано, что ту девчонку спасти было нельзя… Вы какого чёрта лагерь разбили? До темноты ещё несколько часов, за которые можно пройти приличное расстояние.

— Знаешь, тебя никогда нельзя назначать главным, дружище, — обратился к нему Фима, — ты становишься слишком нудным. Вспомни беззаботные времена в гильдии.

— Ну да, именно так и можно охарактеризовать мою жизнь — «беззаботная», дурень.

— Не придирайся! Ты понял, что я имел ввиду. Спешить в Княжество нам незачем, так что можно передохнуть здесь. Всяко лучше, чем в деревне земельников.

— Земельники — это те, кому принадлежит Ночной путь? — поинтересовался Марк.