Читаем Лето выбора полностью

Яна слышала. Дешевая попытка деньгами купить себе Царствие Небесное.

- То есть некоторые грехи не отмолить?

- Никогда. Или они останутся с тобой, или ты их исправишь.

- То есть? – Здесь и сейчас Анна не понимала, что от нее требуется. Нельзя ведь оживить Цветаеву? Да и можно было бы… она бы не стала.

- А ты подумай сама. На то Господь и разум дал, чтобы мы от зверей отличались. Есть ведь воровство – и воровство. Если человек с голода булку украл – он виновен?

- Ну…

- А если у него миллионы, а он миллиарды хапает? И то, и другое воровство. А все ж – разное.

С этим Аня была полностью согласна. И считала, что за первое надо бы накормить и приставить к работе, отрабатывать. А вот за второе… ох!

- Вы хотите сказать, что надо не отмаливать грехи, а исправлять там, где можно?

- Примерно так. Знаешь, ведь когда революция была, война, потом гражданская… знаешь, сколько детей осталось без родителей?

Анна поежилась.

Она знала.

- Был такой Феликс Дзержинский. ВЧК создал, кровь лил, как воду пил. Тогда у них у всех руки были по локоть в крови. Но знаешь… мне иногда кажется, что свои грехи он отмолил. Он целую сеть создал, которая работала ради беспризорных детей. Скольких он спас? Скольких вытащил? И не ждал никакой благодарности, и не получил ее… никогда. Или – получил?

Анна медленно кивнула. Смысл она поняла.

Отнял жизнь – спаси жизнь. Вот и весь тебе сказ. Это не молитвы, не свечки за десять рублей, это настоящее. Когда ты себя отдаешь, все вкладываешь…

Украл?

Ну так сделай что-то для людей! Да хоть детскую площадку построй! Хоть кому помоги!

Нет?

Так не обессудь и не жалуйся.

- Я поняла. Спасибо…

- Вот и ладно. Аня, грехов, которые нельзя искупить – в мире нет. Господь отец наш, он нас любит и все простит. Только вот… сделает твой сын пакость, а потом прибежит, да в глаза лгать будет? Мол, раскаивается он… поверишь?

Анна качнула головой.

- Вот. И не поверишь, и не оценишь, и еще по попе добавишь.

- Как-то так, - пожала плечами Анна. Хотя в жизни бы сына и пальцем не тронула.

- И здесь то же самое. Не лицемерие требуется, а правда. Сделал подлость? Или ты ее отработаешь, или она к тебе вернется. А не к тебе, так к твоим детям.

Анна поежилась.

- Я такие истории знаю. И не одну… была у меня знакомая. Вот, дед ее как раз в ЧК работал. Сколько уж он людей погубил безвинно, сколько крови пролил – не ведаю, но жили они всегда очень богато. И поверь, побаивались их семью не просто так.

- И что с ними потом случилось?

- Ничего. Нет их. Ни семьи, ни рода. И это было больно. А кричи, не кричи… может, если бы она сообразила, что надо делать, начала бы хоть как-то грехи исправлять… да не на церковь жертвовать, не коленки протирать в храме, или там лбом из пола плитку выбивать, а постаралась найти кого из пострадавших от ее деда… Или просто… да хоть бы и ребенка из детского дома взяла. Глядишь, и повернулась бы судьба другим концом.

- Понимаю…

- Или другой случай. Среди наших прихожан есть женщина. Она одинока. Вообще… ни семьи, ни детей, ни родных, ни близких. Никого. Так она всю жизнь на кошек и собак бездомных положила. Подбирает их, лечит, пристраивает.

Анна оценила.

- Не так давно у нее инсульт случился. При других обстоятельствах валяться бы ей – никто бы до смерти не нашел. А тут же каждая минута ценна.

- Но ведь с ней все хорошо? – почему-то спросила Анна.

- Да как тебе сказать. У нее как раз дома три кошки было, две собаки… они такой гвалт подняли, что соседи мигом прилетели. Сначала стучали, потом поняли, что неладно, скорую вызвали, на балкон перелезли, дверь открыли – люди у нас добрые, какую бы грязь не лили политики. Притащили в больницу, там госпитализацию требуют. А как зверей одних оставить? Она в слезы… тут и пасьянс сложился. В больнице как раз девчушка лежала – на них с ребенком муж сорвался. Пьяный в лоскуты, ей идти некуда, она детдомовская, сына прикрывала, так ей самой досталось. Чудом пьяного мерзавца оттащили. Врач подумал, да и предложил им пока такой вариант. Одна от инсульта оправляется, вторая у нее живет с сыном, за животными смотрит, ну и готовит чего, приносит…

- И? – Анна слушала, как сказку со счастливым концом.

- Сейчас они втроем животных пристраивают. Бабушка, дочка и внук.

- А…

- Мужа посадили. Квартира на него была, там свекровь, конечно, распорядилась. Но им этого и не надо. Им втроем хорошо. Может, и не по крови, но у них семья.*

*- имен не называю, а история из жизни. Прим. авт.

- Это хорошо, - искренне улыбнулась Анна.

- Это жизнь. В которой все расставляется на свои места. Рано или поздно, так или иначе. Ее не подкупишь, не упросишь. Можно только сделать свой выбор, и отвечать за него. От начала и до конца. Принимать все последствия и осознавать, что это – твое. Не кара небесная, нет. Ты, своими силами, словами, руками на себя беду накликала. Не кто-то другой постарался…

- Дед, к примеру?