Читаем Лестница Ангела полностью

– Ты прав, там, внизу, действительно месиво. Я не хочу туда возвращаться. Хочу чтобы все это осталось позади навсегда.

– Вот это я понимаю, – улыбнулся Сизиф. – У тебя теперь хороший задел. Дело доктора сэкономило тебе лет пятьдесять работы, не меньше. Если хорошо потрудишься, скоро сможешь отправиться туда же, куда и я. И тогда возвращаться тебе не придется.

Лиза отвернулась к витрине кафешки и грустно усмехнулась своему мутному отражению. Там, за окном, туча наползла на солнце, окрасив улицу в серый цвет. Люди куда-то спешили, потоками курсируя по улицам. Маленькая девочка в яркой курточке остановилась прямо перед Лизой, прижавшись к витрине и распластав по стеклу ладошки. Вскоре мать увела ее, потянув за капюшон. На стекле остались следы маленьких рук. Лиза коснулась их пальцем, но ничего не почувствовала.

– И, кажется, – она запнулась и вдохнула побольше воздуха, – кажется, я поняла, что единственное во всем этом важно.

Она подняла взгляд на Сизифа, готовясь что-то сказать.

– О-о-о… если ты не против, я как-нибудь обойдусь без твоих умозаключений.

Она снова отвела взгляд.

Сизиф пожалел о сказанном.

Но привитый годами защитный сарказм не так-то просто отключить в минуту, когда отключить бы его очень хотелось.

Не умел он вести задушевных разговоров.

Да, не умел.

– Ну ладно тебе, не дуйся, – сказал он примирительным тоном.

Примирительным, но не настолько дружелюбным, чтобы выдать свое сожаление. Он все равно уходит – теперь уже ничего не исправить в их отношениях.

– На самом деле я пришел, чтобы попрощаться.

Лиза выпрямилась и замерла. Мгновение она смотрела на потрескавшуюся столешницу, а потом медленно подняла взгляд на Сизифа.

Он следил за каждым ее движением.

Нет, она не забыла о своем докторе.

Он говорит ей, что уходит навсегда, а она думает об этом докторишке.

– Значит, он сегодня сдастся? – спросила она тихим ровным голосом.

– Не сомневаюсь, – ответить получилось несколько агрессивнее, чем он хотел.

Сизиф отчетливо ощущал ревность и раздражение. А ведь он так надеялся, что стал недосягаем для чувств. Он так старательно вытравливал их себя все это время.

А она…

Господи, неужели он не способен ее совсем ничему научить?

Неужели он не способен порвать эту чертову кармическую петлю?

И все же Сизиф был уверен, что вот-вот прервет эту до смерти надоевшую историю.

До смерти… в прямом и переносном смысле этого слова.

Осталось совсем немного.

Несколько часов от силы.

– Вот как… Поздравляю тебя… Ты так этого хотел. Я имею в виду переход.

– Да.

Снова повисла тишина.

Сизиф уже готовился уйти. Он открыл было рот, чтобы сказать какие-то куцые прощальные слова, но Лиза перебила его…

Прямо сейчас

Начальник в белом перебивает Сизифа:

– Она не задавала вам странных вопросов? Таких, о которых стоило нам сообщить?

Кожа под часами сильно чешется.

Сначала Сизиф машинально чешет запястье и только потом думает, какая это глупость.

У него даже нет кожи.

– Нет, не задавала. Она шла на поправку, – твердо отвечает он, теребя ремешок.

За 1 день до конца

Лиза посмотрела на него в упор:

– Расскажи мне о небытии.

Сизиф помедлил.

– Нечего о нем рассказывать. Там ничего нет, – сухо бросил он.

– А мы? Мы разве не живем в небытии? Вот ты, например, – Лиза говорила и смотрела Сизифу прямо в глаза. Этот взгляд был беспощадным. – Ты никого не любишь, ни в чем не видишь смысла, не можешь попробовать ничего из того, что хочешь. А может, уже ничего и не хочешь.

Сизиф ощутил укол злости.

– Очень даже хочу, – огрызнулся он, криво усмехаясь. – Я хочу убраться отсюда.

– Для чего? – теперь пришла Лизина очередь усмехаться.

Укол злости начал перерастать в волну, которая вот-вот накроет его с головой.

Пора было уходить.

В тот миг ему казалось, что он ненавидел эту девчонку.

Она поднимала в нем все глупое и бессмысленное, порожденное, как он себе говорил, пустыми кармическими флуктуациями. Те отбросы работы химии тела и кармических осадков – то, что люди привыкли называть чувствами и эмоциями.

– Я уже говорил. Чтобы найти ответы.

Лиза чуть наклонила голову, глядя на Сизифа исподлобья. Она продолжала усмехаться.

– Да что ты? – произнесла она с ледяным цинизмом.

Усмешка постепенно сползла с ее лица, уступая место разочарованию.

Она смотрела на него с таким разочарованием.

Он знал этот взгляд.

На него уже так смотрели.

И не раз.

Голубые глаза, потом карие…

Прямо сейчас

Начальник в белом чем-то явно недоволен: картинка в его голове не складывается до конца.

Еще бы.

– Вы ведь не могли пропустить явных сигналов? – спрашивает он. – Не знаю… Возможно, вам помешали эмоции.

– Я уже давно поборол свои эмоции, – отвечает Сизиф, приподняв подбородок.

«Давно поборол», – повторяет он про себя.

За 1 день до конца

– А может, чтобы сбежать от себя? – спросила Лиза, глядя на Сизифа разочарованным взглядом. – Раствориться, забыться. Чтобы только не быть тем, кто ты есть.

Сизиф встал. Вот теперь он точно уйдет.

– Я тебя переоценил, – холодно сказал он. – Ты еще совершенно не способна избавиться от эмоций.

Он развернулся и направился к двери кафе.