Читаем Леонид Быков. Аты-баты… полностью

Здесь говорилось, что Быков был недооценен своим временем. Наоборот, время, которое препятствовало развернуться любому живому организму, любому живому существованию, одновременно учило подлинных художников преодолевать все эти препятствия. Быков в этом смысле фигура совершенно героическая, потому что он смог раскрыться. Не знаю, на сколько процентов. Но речь о том, что Быков был одной из главных фигур нашего русского кинематографа и не просто кинематографа, а нашего общественного – никак не государственного – общественного существования в 70-е годы. Вот почему его гибель мы ощутили, как свою личную потерю.

Вита Рамм, журналист радио «Эхо Москвы». Мне кажется, что «народное кино» – это то кино, которое могло бы принести деньги в кассу, но, тем не менее, продюсеры совершенно не заботятся о той публике, для которой снимают. Я знаю по социологическим данным, что фильмы Быкова были в первой пятерке, в первой тройке по зрительскому рейтингу. Поэтому вопрос: почему продюсеры, думая о кассе, не думают о народе? Или это неправда?

Андрей Разумовский, продюсер. Наверное, я здесь потому, что не только очень люблю творчество Быкова, не только потому, что могу бесконечно смотреть «В бой идут одни «старики». На студиях лежат замечательные сценарии, хотелось бы дать работу молодым режиссерам, но почему же наш институт не выпускает режиссеров, которые могли бы делать народное кино?

Петр Мартынович Алейников и Леонид Быков – это звенья одной цепи. Это же великолепные образы! И мне, например, как продюсеру, остро не хватает сейчас такого плана и актеров, и режиссеров. Уж сколько раз говорили: мы выпускаем только гениев, только авторов… С первого дня, когда мы приходим во ВГИК, мы все уже «гении». Но кто сегодня может снять мюзикл? Кто может снять комедию – не комедию ужасов, а настоящую комедию? Никто!

Быкова тоже, наверное, этому не учили, но он брал талантом, органикой. Посмотрите его роли, посмотрите того же «Максима Перепелицу» – как же все органично! Я никак не могу понять, когда говорят, что он не сыграл крупную роль. А разве Максим Перепелица – не крупная роль? Это крупнейшая роль Быкова! Попробуйте сейчас такого героя найти. Вот если бы были сейчас такие фильмы, мы бы собирали огромную аудиторию.

А что касается невостребованности, то это можно отнести ко всем. Ко всем! Что, у нас востребованы Эраст Павлович Гарин или Фаина Георгиевна Раневская?

У нас всегда существовал девиз: мы все работаем для народа. На самом деле почти вся наша режиссура о народе никогда не думала. Она думала о себе, о самовыражении. Поэтому фильмы тех, кто думал о народе, и сейчас смотрят.

Ирина Шилова, критик. Проживая эту жизнь, не всегда успеваешь познакомиться с теми, кто может эту жизнь украсить. Я не была знакома с Леонидом Быковым и, пожалуй, только сегодня, пересматривая его картины по телевизору, вдруг обнаруживаю, что есть в нем некая загадка для меня – как критика и историка кино.

Леонид Быков проживал свою жизнь и точно нашел тот период истории, когда демократические понятия можно было обозначить в полный голос. И он это сделал. Причем удивительно ведь что? Мы живем очень скоротечной жизнью, все ежесекундно меняется, и нам нужны хотя бы сантиметры почвы, на которую мы можем опереться при любых переменах – просто поставить ногу, чтобы почувствовать землю, а почувствовав землю, почувствовать небо, почувствовать прошлое и будущее.

В чем, на мой взгляд, феномен Быкова? Ему удалось не только найти ту классическую для нашей истории ситуацию, в которой мог проявить себя во всей полноте нормальный человек. Вот это удивительное чудо.

Все времена накладывают на нас отпечатки. Освободиться от суетности, найти опору для последующего – вот в чем чудо Леонида Быкова… Эту систему ценностей и открывал Леонид Быков как исходную и способную проявить в полной силе народный характер. Мы знаем, что фольклорность со всей ее мощной энергетикой бывает двух видов: основанная на традициях прошлого, когда можно оглянуться назад, и куда более сложный опыт – освоение современной фольклористики, рождаемой народом. По последнему пути шли Шукшин и Быков.

Шукшин – фигура, параллельная Леониду Быкову, который попытался в фильме «Живет такой парень» найти собственно фольклорный характер для того, чтобы проявить его в сегодняшнем дне, в современности начала 60-х годов. С какими трудностями в развитии этого характера он столкнулся и как он пришел к вечной печали и безнадежности!

В чем чудо Быкова? Он нашел ситуацию, в которой историческое признало себя как самоценное, как опорное для развития данной культурной традиции. Понять, как это культурное поле работает в современности, – вот в чем чудо Быкова.

Сергей Тримбач, киновед. Это верно. Многие творческие работники, в частности, Олесь Гончар перед смертью признавался, что война для него лично была временем личной свободы: «Я никогда – ни до, ни после не чувствовал себя таким свободным человеком, каким был на войне».