– Варвара Карпова, двадцать три года, – сказал Кирилл, внимательно глядя на него. – Проживала в Петрозаводске, была похищена.

– Не знаю никакой Карповой.

Диконов не фальшивил, глаз не отводил, за кончик носа себя не трогал.

– Это ее мать обнаружили мертвой восемнадцатого ноября, – Кирилл кивком показал на Миккоева.

– Что мертвую нашли, слышал, а то, что это мать… Карповой?

– Варвары Карповой… Она искала свою дочь, здесь могла искать, у вас.

– Мать, Карповой, у нас… Не знаю, не было у нас никого.

– Может, у Казубова кто-то был?

– У Казубова? Восемнадцатого ноября? Я у него с октября не был, как дожди пошли… Дорога там не приведи… в распутицу даже на тракторе не пройдешь.

– Со стороны Северки можно, – подсказал Миккоев.

– Со стороны Северки можно, там дорога хорошая… Ну как пироги? – шлепнув себя по коленям, весело спросил Диконов.

– Хорошо живете! – улыбнулся Кирилл.

– Ну что, едем? – поднимаясь, спросила Ольга.

– Да можно… А эту Варвару Карпову, вы говорите, похитили? – спросил Диконов.

– Похитили.

– И вы думаете, она могла быть у Казубова?

– А она могла быть у него?

– Не знаю, не видел… И Вадим не настолько сволочь, чтобы похищать девушек… Но похищение – это серьезно… – в раздумье проговорил Диконов.

Казалось, он уговаривает самого себя ехать, когда хотелось остаться дома. Хотя бы ради того, чтобы не жечь драгоценный дизель.

– Едем! – заставил себя подняться Диконов.

Он завел трактор, вырулил в сторону Сухни. Отъезжая от его дома, Кирилл из машины глянул на деревеньку – неплохо, надо сказать, смотрится: три дома, за ними низенькая «пузатенькая» часовенка с крестом. Заглядывал он в эту часовенку, в третий по счету дом заходил, ничего подозрительного не обнаружил. Ни следов похищенной Карповой, ни признаков ее содержания под замком. И следов расправы не заметил, ни крови, ни стреляных гильз. И ружье Диконова, судя по запаху в стволах, давно не стреляло – впрочем, признак этот весьма условный и очень обманчивый.

Три дома остались позади, потянулись остовы разобранных изб – нижние, сгнившие венцы, летом погребенные под травой, зимой – под снегом.

– На таких, как Тихон Семенович, земля наша и держится, – подпустил пафосу Миккоев. – У нас-то еще ничего, дачники на лето приезжают, летом у нас людей много, а сюда никто не ездит.

– Некуда, новые дома заняты, а старые разобраны, – сказала Лежнева.

Она смотрела на движущийся трактор так, как будто он мог разогнаться и раствориться в снежной пелене. Снег валил без остановки, а мороз слабел, вдруг дорога на Сухню еще недостаточно промерзла? «Нива» застрянет, а Диконов этого не заметит и попрет дальше. Телефон у него самый обыкновенный, зоны покрытия нет, через спутник не дозвониться. А о радиосвязи как-то не подумали, а ведь могли бы одну рацию одолжить Диконову. Лежнева позаботилась об оснащении группы, связь с начальством устойчивая, и между собой общение легко можно наладить – рации в сумке. Там же в багажнике и унифицированный криминалистический чемодан, Ольга кое-что соображала в этом деле. И с оружием порядок, четыре пистолета на всех, охотничье ружье. И пожевать есть – хозяйка пироги в дорогу собрала, немного, но лучше что-то. В этих местах, сказала, уходишь на час, собирайся как на день.

«Нива» шла пока бойко, но впереди какой-то особо сложный участок. И ожидание встречи с ним вызывало чувство тревоги. Что-то не хотелось теряться в бескрайних лесах и снегах.

– Я бы все развалины разобрал, только тоску наводят, – сказал Миккоев.

– Наводят, – кивнул Кирилл.

И удивленно повел бровью, глянув на Ганыкина. Хорошо он головой приложился, до сих пор как рыба молчит. А может, язык откусил да признаться в этом боится?

Глянула на Ганыкина и Ольга, хотела что-то спросить, но в последний момент передумала. Не буди, как говорится, лиха…

– Ты что скажешь, Батищев?

– Ну, можно пожить с недельку, – усмехнулся Кирилл.

– Где пожить?

– Ну, в новом доме, Диконов предлагал. Там у него и банька хорошая.

– Давай без баньки!.. Скажи, Диконов мог похитить Карпову?

– Не знаю. Скажу, что Казубов похитить ее не мог. Если он третий год здесь живет. Варвару похитили четвертый год как.

– Он мог похитить ее и приехать с ней.

– В разруху?

– Туда, где их искать не будут.

– Посмотрим… У Диконова, по ходу, все чисто. В часовне он был, когда мы подъехали, и доска там действительно подгнившая, – кивнул Кирилл. – Дальше часовни Диконов не ходил.

– А куда там дальше? – хмыкнул Миккоев. – Дальше лес.

– А в лесу землянка, – тихо, но сказал Ганыкин. – Там Варвару и держат.

– Ты видел эту землянку? – спросила Ольга, с интересом глянув на него.

– Нет, но знаю.

– Что-то подсказало? – усмехнулся Кирилл.

– Да нет, просто увидел землянку в лесу.

– Когда лбом треснулся?

Ганыкин обиженно замолчал.

– Скажи еще, что это моя землянка, – буркнул Миккоев.

– Не знаю, не скажу… Всё, отвалите!

Ганыкин скрестил на груди руки, закрыл глаза и откинул назад голову. Кирилл глянул на него, скрывая насмешку. Видно, крепко он приложился головой, может, мозги на место встали?

8