Читаем Ледяной Эдем полностью

Бревна старые, какие-то даже столетней давности, а вагонка свежая, и доски на полу приятно пахнут сосновой смолой. Дом большой, сени разделяли его на две части, на теплую, жилую, и холодную с летней спальней, мастерской, сеновалом и хлевом для коров. Из мебели здесь только две грубо сколоченные кровати в клети, мастерская находилась в горнице, печь здесь с утра теплая, не холодно, хотя и не жарко. Стены в жилых помещениях проконопачены, обшиты пока еще не крашенной вагонкой, из окон не дует. И головокружительно пахнет свежим лесом. Верстак сделан своими руками, доски струганые на полу ровной стопкой, рубанок, пол подметен, но стружки-опилки все же попадались на глаза. Ветошь на верстаке валялась, обрывок майки, возможно женской. Кирилл внимательно смотрел по сторонам, но не находил ничего, что выдавало бы присутствие посторонней женщины. Тряпка не в счет.

– Нравится? – спросил Диконов, задорно глядя на Кирилла.

– Как в океане. На новенькой яхте. И страшно. И нестрашно.

– А почему страшно?

– Потому что в океане. Леса. Оглохнуть от тишины можно.

– Это верно, – улыбнулся Диконов.

И добродушно посмотрел на Ольгу, которая водила пальцами по стене, проверяя ее на гладкость. Сейчас она меньше всего думала об убитой Карповой, ее интересовал сам дом или даже возможность в нем жить.

– Вы, наверное, думаете, что здесь, в деревне, скучно? – спросил Диконов.

– Не думаю, – в упор, но не строго посмотрела на него Ольга.

– Здесь просто некогда скучать. Натуральное хозяйство – это весь день на ногах, к вечеру руки отваливаются, зато какое удовольствие садиться за стол, когда все добыто этими самыми руками.

– Не спорю.

И почему-то с упреком глянула на Кирилла. Они жили в отличной двухкомнатной квартире и не где-нибудь, а в центре Петрозаводска. Супермаркет в шаговой доступности, ресторан, ночной клуб, хочешь – с вечера до утра гуляй по городу. Но если он и тогда чувствовал себя с ней несчастным, то здесь им точно не жить вместе. И она недалека от истины, если так думает.

– А вы знакомы? – с мягкой осторожной улыбкой спросил Диконов.

– С чего вы взяли? – нервно и в смущении глянула на него Ольга.

– Конечно, знакомы! – хмыкнул Кирилл. – Если работаем вместе!

– Это рабочие отношения, а я подумал о личных. Что-то промелькнуло между вами… Ну да ладно, это не мое дело.

– Это не ваше дело! – категорично согласилась Ольга.

– Просто я подумал, если вдруг захотите остаться, дом в полном вашем распоряжении! – гостеприимно раскинул руки Диконов.

– С чего это мы захотим остаться? – фыркнул Кирилл.

– А с чего это дом в полном вашем распоряжении? – шутливо и в назидание ответил мужчина.

– Да мы и не просим!

– А я предлагаю! Так что, если вдруг… Ну что, пойдем? – Диконов глянул на часы. – Хозяйка уже на стол накрыла.

– Так, погодите, у меня вопрос! – спохватилась Лежнева. – Насчет Казубова, Вадима Игоревича, кажется.

– Отвечу на все ваши вопросы, – кивнул Диконов, снова глянув на часы. – За столом. Пойдемте, нельзя заставлять Марию ждать. Секретов у нас нет, задавайте вопросы, не стесняйтесь, чем смогу, тем помогу.

Кирилл не ошибся, на столе в главном доме красовался настоящий самовар с медными боками, от него еще пахло березовыми углями. И пирогов хоть объешься, брусничный, черничный, малиновый, курник, жаль, что не с пылу с жару, а всего лишь разогретые в печи.

Ганыкин сидел как в воду опущенный, на лбу красовалась шишка, он нет-нет да тронет ее. И Миккоев также молча налегал на пироги. Детей хозяйка спровадила в спальню, но дверь то и дело открывалась, то Евдокия подойдет возьмет кусок пирога, то Клавдия. И Ганыкин каждой подмигнет, улыбнется, и все на удивление молча.

– Когда Казубов в наших краях появился? – как-то нараспев, как будто напоказ спросил Ганыкин.

– Да третий год уже как, дом там в Сухне более-менее, печка греет, дымит только. Двери, окна, вставь стекла и живи, – пробормотал Диконов.

Чай он пил обыкновенно, из чашки, даже не пытался хлебать из блюдечка, как в старину.

– Проехать к нему можно? – спросила Ольга.

– Отчего ж нельзя? И на машине можно… – Диконов глянул за окно и едва заметно качнул головой.

Все-таки затянуло небо тучами, снег снова повалил.

– Но лучше сначала на тракторе, я бы там подчистил… А вы собираетесь?

– Да глянуть бы, как он там устроился. Раньше он бомжевал, я правильно понимаю?

– Ну, как бомжевал… Квартиру Вадим потерял, связался с нехорошими людьми, влез в долги, расплатиться не смог.

– А в Сухне как он оказался?

– Ну как… Прятался он здесь от кого-то. Вадим очень много задолжал, квартирой не расплатился, искали его. А здесь как найдешь?

– Откуда он?

– Из Мурманска, для него здесь теплые края, – улыбнулся Диконов.

– Сам он здесь появился или с кем-то приехал? – спросила Ольга. – Может, с женой?

– Да нет, сам появился, с женой он разошелся.

– Сам появился, сам обустроился, сам сейчас живет, я правильно понимаю?

– Обустроился. Я, конечно, помог ему немного, тут, в общем-то, недалеко.

– А Варвара Карпова как оказалась у Казубова?

– Какая Варвара Карпова? – не понял Диконов.