Читаем Лапти сталинизма полностью

Особое значение имеет решение бюро краевого комитета ВКП(б) о политической агитации в связи с подготовкой к празднованию 1 Мая[240]. Но своей сути оно, как было принято, представляло программу действий власти в области политической пропаганды, отражающую структуру и приоритеты официальных идеологических концептов. Поэтому обратимся к анализу его содержания. В этом решении агитационные концепты, обусловленные «основным политическим содержанием международного пролетарского праздника 1 Мая», разбиты на семь тематических блоков. В первом указывается на необходимость разъяснять населению наиболее значимые на тот момент политические документы. К таковым относились Конституция СССР 1936 года, материалы февральско-мартовского пленума ЦК ВКП(б) 1937 года и доклад И. В. Сталина «О недостатках партийной работы и мерах по ликвидации троцкистских и иных двурушников». Второй блок, вслед за основным тезисом сталинского доклада, посвящен задаче «воспитания масс в духе любви к родине и ненависти к врагам народа, к агентам японо-германского фашизма, троцкистско-зиновьевской банде и правым контрреволюционерам с тем, чтобы разоблачить и уничтожить всех врагов народа». Третий блок посвящен пропаганде народнохозяйственных задач: перевыполнению производственных планов, стахановскому движению и ударничеству, соцсоревнованию и превращению 1937 года «во второй стахановский». Четвертый блок можно охарактеризовать как «внешнеполитический». В нем содержится требование разъяснять массам смысл «борьбы рабочих масс капиталистических стран за единый пролетарский фронт, диктатуру пролетариата, против кровавой диктатуры фашизма»; говорится о возможности нападения «фашистских стран на Советский Союз». В пятом блоке идет речь о «безграничной любви» советского народа к Красной Армии и «беззаветной преданности Великой Социалистической Родине». Шестой блок — о ведении антирелигиозной пропаганды: подчеркивается необходимость ее усиления и «разоблачения классово-враждебной деятельности церковников, направленной на срыв основных задач хлебозаготовки, сплава и посевной». В заключительном, седьмом блоке говорится о важности подведения итогов социалистического строительства, демонстрации «величайших достижений победы социализма, <…> завоеванных за 20 лет борьбы <…> всеми трудящимися нашей великой родины под руководством партии Ленина-Сталина». В целом данная структура «первомайских» агитационных материалов отражала практически все сюжеты, ставшие предметом государственной пропаганды в 1937 году. Примечательно, что задаче борьбы с внутренним врагом в протоколе заседания бюро Севкрайкома ВКП(б) отведено первостепенное место.

Летом 1937 года агитационная деятельность партийного руководства края — по сравнению с его активностью в зимне-весенний период и последующими крупными кампаниями осени этого года — несколько снизилась. Однако судить об общей структуре идеологического воздействия в этот период возможно на основании критических замечаний, высказанных на бюро обкома ВКП(б) по поводу состояния политической агитации в ряде колхозов Тотемского района[241]. В протоколе указаны наиболее важные на тот момент пропагандистские концепты. По-прежнему значимым оставалось разъяснение Конституции 1936 года. Помимо этого, обком настаивал на широком обсуждении в массах еще двух документов: постановления ЦК ВКП(б) и СНК СССР «О льготах колхозам и колхозникам Северной области» и обращения железнодорожников о выпуске нового займа обороны СССР. Наконец предметом массового изучения должны были стать «материалы о шпионско-вредительской деятельности банды Тухачевского». Несколько конкретизирует сущность агитации по последнему вопросу циркуляр отдела пропаганды и агитации Севобкома ВКП(б) от 15 июля 1937 года. В нем говорилось о том, что «до сознания всех трудящихся должно быть доведено, что пока есть капиталистическое окружение, будут и вредители, и шпионы, и диверсанты, и убийцы, действующие по заданиям разведывательных органов иностранных государств». Предполагалось также широко разъяснять населению методы «шпионской диверсионной и вредительской работы», тем самым косвенно давался сигнал искать «резидентов» иностранных разведок на местах[242].