Читаем Лампа Ночи полностью

Яхта обогнула планету и опустилась в атмосферные слои, где, пройдя неизбежное сопротивление, вскоре поплыла прямо над пустынной землей. Майхак достал карту, внимательно сверился с ней и затем уже не отрывал глаз от жестокого очарования открывавшихся его взгляду мест.

— Мы над Танганскими степями, — наконец объявил он. — Я вновь вижу те места, которые надеялся никогда больше не увидеть… Смотрите! Видите там скопище развалин? Это Флад, космопорт. Что ты делаешь, Гайинг?

Гайинг наводил на Флад свой макроскоп.

— На взлетной площадке судно — и, черт меня побери, если это не «Лайлиом»!

— Что там происходит?

— Грузовые отсеки открыты, вероятно, они только что начали разгружаться.

— Хм, надеюсь, это не Азрубал, решивший предпринять космическое путешествие. Было бы обидно потерять его прямо сейчас, — пробормотал Майхак.

— Здесь никто никогда работой себя не перетруждает, — равнодушно заметил Гайинг. — Судно пробудет в космопорте еще два-три дня, а то и дольше.

— Значит, времени хватит, — подытожил Майхак. — Но принять меры предосторожности все же не мешает.

— Мы всегда можем сделать небольшую пробоину в носу этой посудины, — улыбнулся Гайинг. — Это даст им работы минимум на неделю, если не на две.

— Придется так и сделать, если Азрубал каким-нибудь таинственным образом исчезнет из Роумарта. Но, надеюсь, до этого дело не дойдет.

«Фарсан» сменил курс и полетел над дорогой, ведущей от Флада через степи прямо к Скейну и Невозмутимому лесу.

Ближе к полудню показался Роумарт, и «Фарсан» сел в трех милях от города. Майхак попытался вспомнить расположение городских улиц.

— Обширная территория с четырьмя фонтанами, около которых сходятся несколько бульваров, образует Площадь Гамбойе. Два здания с колоннами прямо у моста — занимают Судебная Коллегия и Палата Законов. Рядом находится Коллоквари, где заседает Совет. Далее находится коричневое квадратное здание с тремя зелеными стеклянными куполами — Фундамант — одна из старейших построек в городе, мистическое место, где зародились сейшани и где их выхаживали до тех пор, пока не расселили по лагерям на обеих сторонах реки. Говорить об этом здании в городе считается дурным тоном.

— Но почему? — удивился Джейро. — Что в нем плохого?

— Не знаю. Но так мне говорила Джамиль и сама никогда не обсуждала Фундамант.

— Странно.

Губы Майхака искривила сардоническая усмешка воспоминаний.

— Здесь и вообще много странного. Лучше об этом не думать. И убраться отсюда нужно будет как можно быстрей.

Скёрл посмотрела вниз через наблюдательный иллюминатор.

— Прямо какая-то сказочная страна! А что здесь есть еще?

— Сотни дворцов. Одни обитаемы, большинство покинуты и служат теперь прибежищем белым вампирам. Видите этот широкий бульвар у реки? Это Эспланада, где дамы и шевалье совершают свой ежедневный променад. Справа маленькие кафе, у каждого жителя есть любимое заведение, куда он заходит, чтобы выпить и посмотреть, как мимо прогуливаются его приятели. За час перед заходом солнца все возвращаются по домам, чтобы сменить костюм — надеть более официальный, для вечерних приемов.

— И никто не работает? — спросила потрясенная Скёрл.

— Работают только сейшани.

Девушка неодобрительно поджала губы.

— Это какая-то бессмысленная жизнь. Разве у них нет стремлений? Разве эти… роумы не ищут продвижения по служебной или социальной лестнице? Разве у них нет престижных клубов?

— Нет. В жизни они руководствуются только рашудо.

— Что это?

Майхак задумался.

— На самом деле, смысл этого понятия может объяснить только роум. Но, думаю, если смешать тщеславие, эготизм, агрессивность, бесстрашное презрение к опасности, зависимость от репутации и чувства чести, то как раз и получится какое-то подобие рашудо. Роумы соблюдают безукоризненный этикет, которому придется подчиняться — и сделать тут ничего нельзя. С точки зрения роумов — мы варвары, и раздражаться по этому поводу нечего. Они будут только удивляться.

— За себя я ручаюсь, — рассмеялась Скёрл. — Но этот прекрасный город мне уже не по сердцу.

— Как и мне. Как только мы покончим с нашим делом, уберемся отсюда на предельной скорости, чтобы никогда уже не возвращаться сюда.

2

Лампа Ночи пока еще тихо светилась в небе переливом печальных оттенков. Пыль покрывала ландшафты, и первая луна начала медленно вползать на небо, сопровождаемая своей неразлучной подругой. И вот уже обе луны залили все вокруг нежным шелковым светом, подобные жемчугу, плывущему в густом молоке.

Подумав, Майхак сел за стол и написал короткое письмо, точно следуя канонам роумовской каллиграфии:

Адриану

из дома Рами в палаццо Карлеоне

Сэр, сожалею, что вынужден вас расстроить, но это неизбежно. Я Таун Майхак, почти двенадцать лет назад взявший в жены вашу дочь Джамиль. Шесть лет назад мы потеряли ее; она была убита в городе Пойнт-Экстаз в мире Камбервелл.