Читаем Лабрис полностью

– Пойдем, внученька. Я накормлю тебя. У меня много еды, – произносит кто-то в ее кишках.

Старушка широко расставляет руки, преграждая мне путь.

Визжу от страха и толкаю ее в грудь изо всех сил. Соседка опрокидывается, с размаху прикладывается спиной о ступеньки, и ее голова отлетает в сторону. Ну точно, как у куклы. Из пустого тела начинает медленно выползать черное облако. Как будто разбили урну с пеплом или сажей.

Перескакиваю сразу через несколько ступенек, стараясь не коснуться черного, похожего на пчелиный рой облака. Выбегаю на улицу и замираю в ужасе.

На меня как по сигналу поворачивают головы десятки кукол. Все прохожие смотрят на меня пустыми глазницами. Мне некуда бежать! Весь город населен только этими уродцами!

Кричу от страха и просыпаюсь.

* * *

Конечно, я обманула Дару, а то подруга непременно увязалась бы за мной и огребла кучу проблем в школе и дома. Ранним утром я залезла в первый же автобус в сторону столицы. Народу на остановке было мало, так что я сидела всю дорогу в полупустом салоне и смотрела в окно.

Удивительно, но остальные города – а я проехала и огромный курортный центр, и то, что Дара именовала «старой столицей», – не создавали ощущения обреченности и уныния. На ходу сложно было понять, о чем думают жители, но их глаза были человеческими и живыми. Я чувствовала, что эти люди строили планы, надеялись на лучшее и ежедневно старались сделать и свою жизнь, и окружающий их мир лучше. А еще тут были дети. Много детей и молодежи, как и положено любому городу. Что же такого случилось на побережье возле моего сарайчика, если в глазах местных жителей я не видела ничего, кроме пустоты? И почему это замечаю только я? Спрашивала же Дару, она вообще не понимала, о чем речь. Неужели нужно умереть, чтобы видеть огоньки жизни и надежды?

О том, что мы въехали в действительно большой город, мне поведали унылые однообразные многоэтажки. Таких мне за всю дорогу пока ни одной не встречалось, все многоэтажные строения, которые я видела, были отелями, построенными по индивидуальным проектам. Сейчас же за окном тянулись бетонные спальные районы, с серыми унылыми башенками, похожими друг на друга, как палочки «Твикс».

Вышла на центральном вокзале, ненароком толкнув какую-то тетку. Та заозиралась, ища, на кого бы вылить праведный гнев, но жертву себе так и не присмотрела.

Искать школу в огромном городе можно было бесконечно, но мне повезло: автобус приехал как раз за полчаса до начала уроков, так что как только я дошла до набережной, то тут же увидела детей с рюкзаками, бредущих в одном направлении. Уже через десять минут я стояла у неожиданно шикарного здания. Это был большой особняк какого-то далекого века. Наверное, я и при жизни-то в архитектуре не очень разбиралась, так что точнее сказать не могла, но здание было старым и монументальным. Наверняка усадьба какого-нибудь богача, которая знавала балы, гусар и дуэли.

Первый этаж был отделан серым шершавым гранитом, а выше школа щеголяла недавно оштукатуренными и покрашенными в кремовый цвет стенами. «Гимназия имени Слободана Шкеровича» – гласила табличка возле двери.

Стояла, смотрела на вход и никак не могла понять, отзывается ли хоть что-то в душе при виде этого здания. Смутное ощущение тревоги шевелилось где-то на задворках сознания, но не более того. Впрочем, это уже лучше, чем ничего. Может, я здесь и училась?

Скользнула внутрь, постаравшись никого не задеть.

Нет. Здесь все не так. Слишком тесное фойе, небольшой гардероб и достаточно узкий коридор. Я их не помню. Зато точно знаю, что в моей школе была широкая каменная лестница.

Боже! Я вспомнила!

Снаружи это здание очень походило на то, где я училась девять или десять лет. Моя школа располагалась в подобном особняке и, что примечательно, тоже пудрово-розовом, однако внутри была намного шикарнее. Холл был больше раза в три, и из него вверх, к классам, вела широкая каменная лестница с резными перилами, по которым так здорово съезжать вниз, пока тебе семь или восемь лет и это еще считается приемлемым для девочек. В то волшебное время, когда школа – прекрасное место, чем-то похожее на сказочный замок, полный загадок, тайных знаний и секретов.

Проблемы начинаются потом, когда дети подрастают.

Я по-прежнему не помнила, как и почему я стала изгоем, но то, что школа превратилась для меня в ад, куда я отправлялась каждое утро как на казнь, ощущала всей кожей. Мерзкие липкие мурашки бегали по спине, когда я смотрела на группы старшеклассников, которые громко ржали на весь коридор.