Читаем Лабиринт для Слепого полностью

Послышалась возня, звякнул ключ, и дверь приоткрылась. В кожаной куртке, накинутой поверх халата, в дверном проеме стояла Тамара Колотова. Ее глаза были красными, на щеках так же алели пятна, руки дрожали, губы кривились. Казалось, что она вот-вот разрыдается и бросится Глебу на грудь. Но женщина вместо этого отпрянула от двери, прижалась к стене, словно пес, ожидающий предательского удара.

– Не бойтесь, не бойтесь, – сказал Глеб, переступая порог. – Вы что, здесь одна?

Тамара кивнула растрепанной головой:

– Да, одна.

– А где Василий? – беспечно, но с любопытством осведомился Сиверов.

– Он уехал на этюды.

– Какие еще этюды?

– Ну, уехал на пленэр, писать пейзажи, – с трудом проговорила Тамара, и ее красивый рот неприятно скривился.

– А почему он мне ничего не сказал?

Колотова пожала плечами.

– А вы кто будете?

Глеб изобразил удивление:

– Как это кто? Друг Василия.

– Что-то я вас никогда раньше не видела…, – Тамара вдруг замолчала, прикрыв лицо руками.

– Что это с вами? Чего вы плачете? Что-то случилось? Может, я могу чем-нибудь помочь? – Глеб участливо наклонился к ней.

– Нет-нет, помочь вы мне не можете. Ничего, сейчас пройдет.

– Но войти-то мне хоть можно?

– Да, да, входите, – как-то абсолютно равнодушно и беспомощно махнула рукой Тамара. – Входите, располагайтесь. Вася уехал и оставил мне ключи, сказал, чтобы поливала цветы. Развел тут этих цветов целое море – и здесь, и на подоконнике, и даже на крыше, в ящиках.

Глеб осмотрел мастерскую: низкое, длинное помещение с несколькими мольбертами, с кульманом и стеллажами, плотно заставленными самоварами, горшками и гипсовыми слепками. Посреди узкой комнаты, ближе к окну, стоял приземистый стол. У окна примостился длинный радиатор. Диван располагался в углу, за холщовой ширмой. С потолка на проводах свисали лампы под абажурами. И где только можно было, повсюду стояли цветы: в вазах, горшках, обыкновенных консервных банках, в пакетах из-под молока, в каких-то странных, невообразимых стеклянных и керамических емкостях.

– Ого, сколько у него цветов! – присвистнул Глеб.

– Да, Василий сошел с ума. Они ему нравятся. А я от их запаха дышать не могу.

– Что, аллергия?

– Да никакой у меня аллергии нет, – вновь беспомощно махнула рукой Тамара Колотова.

Ее кожаная куртка сползла и упала на чисто выметенный пол.

Глеб Сиверов тут же заметил на локтевом сгибе левой руки Тамары следы от уколов.

«Да ты еще и наркоманка», – с грустью подумал он.

– Давайте познакомимся, – предложил Глеб.

– Давайте, – Тамара протянула узкую ладонь.

Глеб пожал ее и представился:

– Федор Молчанов.

– Я – Тамара Колотова.

– А чем вы занимаетесь? – как бы между прочим спросил Глеб.

Тамара чуть смущенно пожала плечами, затем указала на одну из стен. Там были приколоты кнопками к большим планшетам несколько рисунков, изображающих Тамару.

– Вы модель?

– Теперь модно пользоваться такими словечками – фотомодель, манекенщица… Я просто натурщица.

– С фотографами не работали?

– Позирую художникам. А вот студентов не люблю, им не позирую.

– А почему так?

– А вот так, – пожала плечами Тамара и пригласила Глеба присесть.

Не прошло и получаса, как Глеб Сиверов и Тамара Колотова перешли на «ты». Глеб развеселил Тамару, но он все еще не решался перейти к тому, ради чего искал ее. Но инстинктивно он уже понимал, что находится на правильном пути и кое-что этой женщине известно.

На низком столе появились водка и шампанское.

Разговор оживился. Казалось, страх, сковывавший Тамару Колотову, наконец покинул ее. Она чувствовала себя абсолютно спокойно рядом с этим уверенным в себе, не очень многословным веселым человеком. Правда, она как ни пыталась, не могла взять в толк, чем же конкретно занимается Федор Молчанов. То он принимался рассказывать ей о музыке, то о красивых заграничных городах и путешествиях.

– Так чем ты занимаешься? – вертя в пальцах рюмку с водкой, поинтересовалась Тамара.

– Много чем. Всяким разным. Иногда торгую картинами, иногда пишу статьи о музыке В общем, живу в свое удовольствие, путешествую.

– Ты, наверное, многих художников знаешь?

– Думаю, значительно меньше, чем ты. Но с твоей помощью я мог бы познакомиться кое с кем.

– Да, я знаю почти всех. Или, вернее, очень многих, – сказала Тамара. – Кому только я не позировала.

– Я это знаю.

– Откуда?

– Я многое про тебя знаю, – он с улыбкой посмотрел прямо в глаза Тамаре и придвинулся к ней.

Женщина приняла этот жест за предложение заняться любовью и не отстранилась. Она поставила рюмку и улыбнулась в ответ.

– Я искал именно тебя и искал, чтобы кое о чем спросить.

– Так спрашивай, я с удовольствием отвечу, – подмигнула Тамара.

– Что ты делала в мастерской Игоря Малышева? .

– Я? В мастерской?

– Да, Тамара, не отпирайся.

Глеб предполагал, что эта женщина врать не станет, что, разгоряченная водкой, она сейчас выложит все, все, что знает.

Но Тамара неожиданно напряглась и замолчала.

– Что ты там делала? Можешь рассказать мне обо всем?

– Никому я ничего не скажу.

– Могу дать тебе дельный совет.

– Мне не нужны ничьи советы! – резко возразила Тамара.