Читаем Кузница Тьмы полностью

Дверь скрипнула за ушедшим Аратаном.

Раздраженный звуком Сагандер снова обратился к снаряжению на столе. Отложил карты на край, как будто они мешали ему смотреть.

Он не особенно верил, что мальчишке удастся найти подходящий подарок для Владыки Ненависти, но так Аратан хотя бы не будет мешаться под ногами. Сагандер заметил в мальчишке новую дурную повадку, хотя ученый и не смог бы точно ее описать. Дело в том, как Аратан говорил, в его вопросах и надетой маске невинности. Не простой невинности, но старательной. Как будто все их предприятие подозрительно, как будто оно не вполне реально.

У Сагандера в последнее время возникало некое беспокойство после любой беседы с Аратаном.

Ладно, путешествие поставит мальчишку на прежнее место — он станет широко раскрывать глаза от испуга. Мир за пределами дома и родной земли велик, способен ошеломить. После инцидента в старой каменоломне Аратану воспретили уходить далеко, и даже краткие посещения деревни проходили под присмотром.

Аратана берут, чтобы ошеломить, и это послужит ему во благо.

Страж ворот Раскан стащил сапог и повернул, изучая подошву. При его походке каблук стирался сзади, именно там начинали портиться слои кожи. Увидев первые признаки этого, он выругался. — Им же едва полгода. Просто теперь их делают не как следует.

Ринт, отслуживший в пограничных мечах семь суровых лет, стоял рядом, опираясь о крепостную стену. Он сложил руки на груди, почему-то походя на кабана, собравшегося загнать свинку в лес. На ногах, с горечью заметил Раскан, поношенные мокасины из толстой, надежной кожи хенена. Командовать Ринтом и тремя другими мечами будет нелегко, раздумывал сержант. А заслужить их уважение, кажется, и того труднее. Да, они полагаются друг на друга, но без всякого почтения, субординация то и дело теряется, как будто то один становится командиром, то другой. Вот вам доказательство, что чины и должности, которые раньше заслуживались, стали ныне монетами на грязных весах; даже низший чин Раскана — следствие родства с Айвисом, и он понимал, что мог бы не заслужить и этого.

— По мостовым привык шастать, — подал голос Виль, небрежно севший на ступенях, что вели в оплывшую канаву у насыпи ворот. — Мягкая почва — это тебе совсем другое. Повидал я много топтателей дорог на пограничных войнах. Колени портили, лодыжки ломали. Будь мы созданы для хождения по камню, имели бы копыта как у горных козлов.

— Но эти крепкие подметки — оно самое, — прозвенел Галак, сидевший рядом с Вилем. — Копыта для топчущих дороги. Просто подкуй их, как подковывают лошадей.

— Подковки портят плиты, — возразил Раскан, — а меня много раз на дню вызывают в дом.

— Лучше бы нам не торопиться, — заметил Ринт, и обветренное лицо исказила слабая улыбка.

Раскан задержал на нем взгляд. — Значит, бывал на западе?

— Недалеко. Никто из нас не был далеко. Не в Одиночестве, по ту сторону раздела.

Тут подошла последняя из погран-мечей. Ферен приходилась Ринту сестрой и была на несколько лет его старше. Жилистая там, где у брата выдавались мышцы, чуть выше его, с запястьями лучницы; на левой руке была намотана медная проволока, защита от тетивы (молва утверждала, что она не снимает ее никогда). Движения напоминали одновременно и волчицу, и кошку, как будто она всегда готова и выслеживать, и преследовать добычу. Разрез глаз намекал на примесь крови живущих к востоку от Чернолесья, хотя примесь, должно быть, была тонкой — у брата подобных особенностей не было.

Раскан пытался вообразить эту женщину входящей в Главный Зал любого дома королевства и не оскорбляющую этим хозяев — и не мог. Она принадлежала дикости; впрочем, как и ее компаньоны. Они грубы и бескультурны; но, пусть они плохо подходят почве Дома, понимал Раскан, все изменится, едва цивилизация останется позади.

Среди погран-мечей не было чинов. Вместо этого работала какая-то загадочная тайная иерархия, причем гибко — обстоятельства диктовали, кто будет командовать в данный момент. Хотя в нынешнем путешествии все просто: Раскан отвечает за четверых, а вместе они отвечают за безопасность и лорда Драконуса, и наставника с мальчишкой.

Мечи будут готовить, чинить, охотиться, ставить и снимать лагерь, заботиться о лошадях. Именно эти навыки их «секты» готов использовать лорд, ибо желает странствовать быстро и без обоза. Единственно, что тревожило Раскана — воины не принесли присяги Дому Драконс. Если задумана измена… но погран-мечи славны верностью. Они остаются вне политики, отстраненность и делает их достойными доверия.

И все же… трения в королевстве никогда не были такими сильными и, кажется, господин стоит в самом центре. Хочет того Драконус или нет.

Задумавшийся, опустивший глаза Раскан натянул сапог и встал. — Нужно отобрать лошадей.

— Мы разобьем лагерь снаружи, — сказал Ринт, отрываясь от стены. Поглядел на сестру, так слегка кивнула, словно ответив на невысказанный вопрос.

— Не на учебном дворе, — ответил Раскан. — Днем мне нужно будет посадить мальчика на боевого коня.

— А если мы будем на дальнем конце? — предложил Ринт, морща густые брови.