Читаем Кутузов полностью

И. С. Жиркевич продолжал рассказ: «Тут один из офицеров Семеновского полка сказал громко: „Не правда ли, как эта сцена походит на сцену из трагедии 'Дмитрий Донской' (трагедия Озерова)!“ Посников закричал: „Ура! Спасителю России!“ — и громкое „ура!“ понеслось и разлилось по всему войску. Столь неожиданный возглас тронул каждого из присутствующих, Кутузова, конечно, более всех. Он вдруг встал на скамейку и закричал: „Полноте, друзья мои, полноте! Что вы! Не мне эта честь, а слава русскому солдату!“ — и потом, бросив вверх свою фуражку и сильно возвысив свой голос, закричал: „Ура! Ура! Ура! Доброму русскому солдату“… Потом, когда „ура“ утихло, Кутузов уселся опять на скамью и, обращаясь к Лаврову, продолжал так: „Где этот собачий сын сегодня ночует? Я знаю, что в Лядах он не уснет покойно. Александр Никитич (партизан Сеславин, в это время только капитан гвардии) дал мне слово, что он сегодня не даст ему покоя. Вот послушайте, господа, какую мне прислал побасенку наш краснобай Крылов: собрался волк на псарню, псов потревожить. Войти-то он вошел, да вот как пришлось выбираться оттуда — давай за ум! Собаки на него стаей, а он в угол, ощетинился и говорит: 'Что это вы, друзья! За что это вы на меня? Я не враг вам. Пришел только посмотреть. Что у вас делается, а вот сейчас и вон пойду'. Но тут подоспел псарь и отвечает ему: 'Нет, брат, волчище, не провесть тебе нас! Правда, ты, серый, умен, но и я, дружище, сед уже и не глупее тебя'“. — Тут Кутузов снял шапку и рукой, кругом головы, показал седины свои. — „Не уберешься так легко отсюда, как пришел сюда!“ — „И пустил стаю псов на него“, — прибавил он. Громкое „ура!“ повторилось вновь по войску!..»153 Осталась в памяти у офицера и менее торжественная, но не менее трогательная встреча со Светлейшим: «После оттепели сделался легкий морозец. На походе моя полурота перевозилась с одной горы на другую, и тут же подъехал в крытых санях Кутузов. Пара, везшая его, была не подкована, и при начале спуска с горы одна лошадь упала. Я тотчас же приказал солдатам спустить сани с горы и на себе поднять их на другую сторону. Кутузов, видя мою заботливость, велел подозвать меня к себе и, когда я подошел, спросил, как меня зовут. Получив ответ, сказал мне: „Припомни, друг мой Жиркевич, меня старика под старость. Как ты меня бережешь старика, так и тебя когда-нибудь беречь станут!“»154. И тут Кутузов не ошибся…

В те дни фельдмаршал нередко получал стихотворные послания, воспевавшие его подвиги и славившие его как спасителя Отечества. Так, доставили ему письмо от родственника А. В. Суворова, поэта графа Д. И. Хвостова. В ответ Кутузов пишет: «Письмо Вашего Сиятельства с приложением оды творения Вашего я с особенным удовольствием получил. Вы как бы возвышаете меня перед Румянцевым и Суворовым. Много бы я должен был иметь самолюбия, если бы на сию дружескую мысль Вашу согласился. И ежели из подвигов моих что-нибудь годится преподанным быть потомству, то сие только от того, что я силюсь по возможности моей и по умеренным моим дарованиям идти по следам сих великих мужей. Между тем обязанным себя считаю изъявить Вам мою признательность <…>»155. В дни боев под Красным Михаил Илларионович поделился радостными новостями со своими «верными друзьями», как на протяжении всей своей жизни он называл супругу Екатерину Ильиничну и дочерей, в особенности «Лизиньку с детьми». Жене он писал из Красного собственноручно: «Вот еще победа! В день твоего рождения дрались с утра до вечера. Бонапарте был сам, и кончилось, что разбит неприятель в пух; сорок с лишком пушек достались нам, прекрасные знамена гвардейские и пребогатые. Вчерась прибыл из Смоленска еще большой корпус Нея. <…> Этот принят очень хорошо, пушек у них мало, а он наткнулся на наших сорок орудиев; натурально отбит. Но собрался он с поспевшими от Смоленска и пошел еще, тут его приняли штыками и множество истребили, других рассеяли по лесам… <…> В Смоленске наш гарнизон. Теперь думаю, как бы отправить туда Смоленскую Богоматерь с хорошим приданым. Жаль расставаться, и третьего дня, во время сражения, стояла за батареей. Тебе купил прекрасные часы в день рождения твоего»156.

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Газзаев
Газзаев

Имя Валерия Газзаева хорошо известно миллионам любителей футбола. Завершив карьеру футболиста, талантливый нападающий середины семидесятых — восьмидесятых годов связал свою дальнейшую жизнь с одной из самых трудных спортивных профессий, стал футбольным тренером. Беззаветно преданный своему делу, он смог добиться выдающихся успехов и получил широкое признание не только в нашей стране, но и за рубежом.Жизненный путь, который прошел герой книги Анатолия Житнухина, отмечен не только спортивными победами, но и горечью тяжелых поражений, драматическими поворотами в судьбе. Он предстает перед читателем как яркая и неординарная личность, как человек, верный и надежный в жизни, способный до конца отстаивать свои цели и принципы.Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Анатолий Петрович Житнухин , Анатолий Житнухин

Биографии и Мемуары / Документальное
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование

Жизнь Михаила Пришвина, нерадивого и дерзкого ученика, изгнанного из елецкой гимназии по докладу его учителя В.В. Розанова, неуверенного в себе юноши, марксиста, угодившего в тюрьму за революционные взгляды, студента Лейпцигского университета, писателя-натуралиста и исследователя сектантства, заслужившего снисходительное внимание З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковского и А.А. Блока, деревенского жителя, сказавшего немало горьких слов о русской деревне и мужиках, наконец, обласканного властями орденоносца, столь же интересна и многокрасочна, сколь глубоки и многозначны его мысли о ней. Писатель посвятил свою жизнь поискам счастья, он и книги свои писал о счастье — и жизнь его не обманула.Это первая подробная биография Пришвина, написанная писателем и литературоведом Алексеем Варламовым. Автор показывает своего героя во всей сложности его характера и судьбы, снимая хрестоматийный глянец с удивительной жизни одного из крупнейших русских мыслителей XX века.

Алексей Николаевич Варламов

Биографии и Мемуары / Документальное
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Марк Исаевич Копшицер , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Аркадий Иванович Кудря , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное

Похожие книги

10 гениев спорта
10 гениев спорта

Люди, о жизни которых рассказывается в этой книге, не просто добились больших успехов в спорте, они меняли этот мир, оказывали влияние на мировоззрение целых поколений, сравнимое с влиянием самых известных писателей или политиков. Может быть, кто-то из читателей помоложе, прочитав эту книгу, всерьез займется спортом и со временем станет новым Пеле, новой Ириной Родниной, Сергеем Бубкой или Михаэлем Шумахером. А может быть, подумает и решит, что большой спорт – это не для него. И вряд ли за это можно осуждать. Потому что спорт высшего уровня – это тяжелейший труд, изнурительные, доводящие до изнеможения тренировки, травмы, опасность для здоровья, а иногда даже и для жизни. Честь и слава тем, кто сумел пройти этот путь до конца, выстоял в борьбе с соперниками и собственными неудачами, сумел подчинить себе непокорную и зачастую жестокую судьбу! Герои этой книги добились своей цели и поэтому могут с полным правом называться гениями спорта…

Андрей Юрьевич Хорошевский

Биографии и Мемуары / Документальное
Потемкин
Потемкин

Его называли гением и узурпатором, блестящим администратором и обманщиком, создателем «потемкинских деревень». Екатерина II писала о нем как о «настоящем дворянине», «великом человеке», не выполнившем и половину задуманного. Первая отечественная научная биография светлейшего князя Потемкина-Таврического, тайного мужа императрицы, создана на основе многолетних архивных разысканий автора. От аналогов ее отличают глубокое раскрытие эпохи, ориентация на документ, а не на исторические анекдоты, яркий стиль. Окунувшись на страницах книги в блестящий мир «золотого века» Екатерины Великой, став свидетелем придворных интриг и тайных дипломатических столкновений, захватывающих любовных историй и кровавых битв Второй русско-турецкой войны, читатель сможет сам сделать вывод о том, кем же был «великолепный князь Тавриды», злым гением, как называли его враги, или великим государственным мужем.    

Ольга Игоревна Елисеева , Наталья Юрьевна Болотина , Саймон Джонатан Себаг Монтефиоре , Саймон Джонатан Себаг-Монтефиоре

Биографии и Мемуары / История / Проза / Историческая проза / Образование и наука
П. А. Столыпин
П. А. Столыпин

Петр Аркадьевич Столыпин – одна из наиболее ярких и трагических фигур российской политической истории. Предлагаемая читателю книга, состоящая из воспоминаний как восторженных почитателей и сподвижников Столыпина – А. И. Гучкова, С. Е. Крыжановского, А. П. Извольского и других, так и его непримиримых оппонентов – С. Ю. Витте, П. Н. Милюкова, – дает представление не только о самом премьер-министре и реформаторе, но и о роковой для России эпохе русской Смуты 1905–1907 гг., когда империя оказалась на краю гибели и Столыпин был призван ее спасти.История взаимоотношений Столыпина с первым российским парламентом (Государственной думой) и обществом – это драма решительного реформатора, получившего власть в ситуации тяжелого кризиса. И в этом особая актуальность книги. Том воспоминаний читается как исторический роман со стремительным напряженным сюжетом, выразительными персонажами, столкновением идей и человеческих страстей. Многие воспоминания взяты как из архивов, так и из труднодоступных для широкого читателя изданий.Составитель настоящего издания, а также автор обширного предисловия и подробных комментариев – историк и журналист И. Л. Архипов, перу которого принадлежит множество работ, посвященных проблемам социально-политической истории России конца XIX – первой трети ХХ в.

Коллектив авторов , И. Л. Архипов , сборник

Биографии и Мемуары / Документальное