Читаем Куросиво полностью

– Если вы действительно печетесь о благе государства, измените целиком и полностью весь ваш курс, возьмите в основу вашей политики прилежание и бережливость, прямоту и искренность. Выдвигайте таланты из народа, пусть в управлении страной участвуют не только выходцы из Тёсю и Сацума. Нужно отбросить эгоистические помыслы и думать о благе всего государства. Правительство, которое существует сейчас, – это не японское правительство, это засилье Тёсю и Сацума. Оно не столько печется о народе, сколько использует народ как дойную корову… Политика – не игрушка, народом нельзя легкомысленно вертеть то так, то этак; изменять нравы, вводить новые обычаи надо очень и очень осторожно. Если вы утверждаете, будто благодаря вашей легковесной, пустой политике можно на сто лет вперед провидеть судьбы отечества, то в таком случае самым великим политиком надо признать фокусника или акробата. Не считайте, что только вы прогрессивны, только вы обладаете умом, не допускайте, чтобы все плоды пожинало только правительство, не выпячивайте правительство на первый план… Это огромная ошибка с вашей стороны, так страной управлять нельзя. Если вся кровь собирается в голове, руки и ноги отсыхают. Если голова непомерно разбухает, тело теряет равновесие. В жизни страны правительство должно занимать пропорциональное место по отношению к народу. Вы, господа, считаете народ глупым, но народ вовсе не так глуп, как вам кажется. Вы твердите о законах и воображаете, будто с помощью одних лишь законов можно навести покой и порядок в государстве, – ничего подобного, это вульгарная точка зрения никчемных, оторванных от жизни ученых! Некогда ханьский правитель Гао-Цзу создал целых три свода законов; у князей Гоходзё было бесчисленное множество разных запретов и ограничений, но те, кто обладал зорким взглядом, увидели по этим признакам, что близится их конец… Кто-то из вас говорил здесь только что, будто в эпоху Токугава феодальные порядки сковывали человека… Но таких ограничений для человека, какие есть теперь, не было даже при Токугава! Вот я, например, несколько лет назад устроил маленькую школу в деревне, но чиновники из префектурального управления стали чинить мне всяческие препятствия – то придирались к программе, то к тому, что учителя не имеют дипломов, то запоздал отчет, то печать не по форме, то почерк неуставной… Придиркам не было конца, и школу пришлось закрыть. И так во всем… Интересы народа…

– Нет, уж позвольте, по этому вопросу я скажу слово, поскольку это как раз по моей линии… – иронически улыбаясь, выступил вперед виконт Хара; он давно уже отложил игральную доску и присоединился к остальной компании.

– А, так, значит, это ваше распоряжение?

– Я министр, возглавляю все министерство и не располагаю временем, чтобы заниматься отдельно каким-то частным деревенским училищем, но, очевидно, местные власти закрыли вашу школу на основании подписанной мною инструкции.

– Ах вот оно что! Что же это за инструкция?

– Если вам угодно послушать, я готов разъяснить. Я считаю, что по всей стране необходимо установить единую систему образования. Все должно быть унифицировано, от начальной школы до университетов, и все учебные заведения должны быть государственными. Без сомнения, это мероприятие должно осуществляться властями. Для того чтобы разом ввести эту систему, необходимы правительственные меры. Сохранять в наше время так называемые школы Кангаку – эти крайне несовершенные частные учебные заведения – все равно что в эпоху подводных лодок, оснащенных новейшими орудиями Круппа, сохранять в армии пики и копья! Возможно, это мероприятие натолкнется на сопротивление известной части людей. Найдутся субъекты, которые начнут скулить, – ведь они лишатся хлеба. Но мы обязаны думать об общей пользе, даже если для этого приходится жертвовать интересами какой-то небольшой группы.

– Значит, по-вашему, справедливо, что уничтожили мою школу?

– К великому сожалению, мне неизвестно, что представляла собой школа Хигаси-кун, – возможно, это было великолепное учебное заведение, но… – Виконт Хара снова иронически усмехнулся. – Судя по вашим… по вашим, простите, безрассудным словам, которые я слушаю вот уже довольно долгое время, эту школу тоже безусловно следовало закрыть. Если бы таких школ было сто, тысяча, десять тысяч – их все подряд нужно было бы безотлагательно закрыть одну за другой!

Лежавшие на коленях руки старого Хигаси, сжатые в кулаки, задрожали. Но он не двинулся с места и только в упор взглянул через очки на говорившего.

– Да, теории Хигаси-кун отстали на двадцать лет с любой точки зрения. Мне кажется, он найдет себе единомышленников в лице Хори и ему подобных… – победоносно усмехнулся граф Фудзисава, оглядываясь на графа Осада, Коминэ и Сираи, которые за все время не проронили ни слова.

Граф Коминэ внимательно посмотрел на старого Хигаси, потом не спеша окинул взглядом всех собравшихся.