Читаем Куда летит "Эскорт" (СИ) полностью

Слышно было не очень хорошо, даже странно, как старое радио. Да и английским на флоте пользовались редко.

Коршак вытянулся по стойке смирно и перевёл Чиките: — Они нас держат, капитан.

— Не глухая. Прохор, мне куда отвечать?

— Нет предпочтений, капитан. Вы в эфире.

Чикита кивнула и отчеканила на ненавистном ей языке: — На связи капитан Ким, первая космическая научная экспедиция, грузовой транспорт. Объясните причину захвата.

Удивлённые глаза Коршака загорелись ярче веснушек.

— Что смотришь, — прошипела в его сторону Чикита, — двести тридцать восьмая средняя, Бруклин, авеню Пи.

— Да, мэм. Так точно, мэм.

— Никаких «мэм» на борту моего корабля. Язык общения — русский!

Эфир закашлялся. Последнее заявления, вероятно, было принято к сведению и «захватчиками», потому что они тоже перешли на русский:

— Капитан Ким? Я правильно понял?

Воздух грузового отсека задрожал, будто засквозило, и радиотрансляция возобновилась. Изменилась только её чёткость, как будто говорили вживую, причём, недалеко: — А вы где? Зоя, это точно они? Ты уверена? Где все?

— Какая ещё Зоя? — пробормотала капитан и удивлённо огляделась.

Коршак на всякий случай присосался ладонями к корпусу корабля и сразу почувствовал вибрацию, но сказать об этом капитану не успел: из глубины одной из соединительных спиц неуклюже вынырнул жизнерадостный молодой организм в лёгком голубом комбинезоне незнакомого покроя.

Бухнувшись о пол, человек быстро привёл себя в вертикальное положение и затараторил:

— Какая честь! Какая честь! Капитан Ким! Техник Коршак! Медик и механик Кошелапы!

Он вцепился в руку капитана и затряс её в яростном рукопожатии, не отрывая своих огромных голубых глаз от подозрительных щёлочек Чикиты.

Раиса, избрав привычную защитную тактику, вросла в широкий бицепс мужа, обвив его руками, будто лианами. Сам Михалыч раскорячился и упёрся ногами в палубу насмерть, как перед штормом: вахту принял. Та что когда восторженный юнец приблизился наконец к нему, предварительно оттрепав металлопластиковую ладонь Коршака, механик с готовностью выставил в его сторону гаечный ключ: — Ты кто?!

— Ваш большой поклонник! — радостно отчеканил тот. — Я только что перечитывал мемуары генерала Пекаря — вот буквально только что! Я знаю о вас всё, господа! Сам я из первого поколения натурально совместимых. Когда аркилы предложили землянам метаморфоз, мои родители вызвались одними из первых. Впрочем, какая разница! Какая честь!

Однако механик таким ответом не удовлетворился и продолжал грозно хмурить брови: — Я спрашиваю, ты кто?!

— Ах, простите! Конечно, мне нужно представиться по имени. Старые нравы. Максимилиан-Валери, сопровождающий второго транспортного узла. О Боже! — за невозможностью пожать ещё чью-нибудь руку парень завертелся на месте, хлопая в ладоши. Этой своей излишней восторженностью он, надо сказать, очень напоминал Пекаря, будто нарочно болтая про некоего генерала с такой же фамилией. Само собой, ничем, кроме совпадения это быть не могло, поскольку из того Пекаря, которого знала команда «Эскорта», не могло получиться никакого генерала, кроме свадебного.

В проёме появилась ещё одна милая мордашка, на этот раз женская.

— Зоя! Зоя! — завопил голубоглазый. — Это они! Всё как ваши рассчитали, с ничтожными отклонениями! А я, дурак, не верил!

Девушка не особенно реагировала на крикуна. Не торопясь отпускать скобы, она осталась в спице, удерживая тело в зоне невесомости. Собравшихся в грузовом отсеке она поприветствовала сдержанно, небольшим вежливым кивком головы. Вернее, кивком фарфоровой кукольной головки. Как хороша! Напоминает Раису.

Сходство действительно было нешуточным. Да и сама медик, удивлённо раскрыв рот, захлопала глазами и заворожённо пошла навстречу незнакомке. Сначала она проскользнула мимо капитана, успокоительно похлопав подругу по плечу, потом мимо Коршака, коснувшись пальцами его груди, а затем нырнула в спицу к такой похожей на неё Зое. Новоприбывший Максим (или Валера — с выбором из двух предложенных имён команде ещё предстояло определиться) тут же завладел освободившейся рукой Михалыча, продолжая воодушевленно повествовать про свалившуюся на него великую честь, в то время как Рая, обнявшись со своей двойняшкой, заливисто хохотала и кружилась в невесомости спицы. Места там было мало, и невозможно было разобрать кто где. К тому же комбинезон Раиной новой подружки переливался, как чешуя, отбрасывая по сторонам блики отражений ярких огней соединительного коридора.

В смехе подруги капитану слышалось что-то большее, дополнительное шуршание или пение, не разберёшь, и на лице Чикиты появился легко узнаваемый вопрос: «Что за галиматья творится на борту доверенного мне транспортного средства?!»

— Замолчите! — отрезала она. — Замочите все!