Читаем Крылья полностью

– Вот и все. Остальное вы должны были сделать сегодня в ратуше.

– Ой, – сказал Варка, ежась от холода в насквозь мокрой одежде, – мне надо вернуться. Илку, может, спасать придется.

Рубаха прилипла к телу, штаны давили как вериги, с волос текло. Босые ноги мерзли. Плащ и шикарные сапоги остались в кабинете городского старшины.

Крайн посмотрел на него, дрожащего, на его лицо, облепленное серыми от влаги волосами, перевел взгляд на трясущуюся Жданку. Все кудряшки распрямились, на посиневшем носу капля, губы пляшут от холода. Скривился, снял камзол, набросил ей на плечи. Камзол был тоже насквозь мокрый, но все же защищал от ветра. Варка поспешно отвел глаза. Влажный шелк рубашки плотно обтянул кривые кости, жалкие остатки крыльев.

– Илку от кого спасать будем? – зарывшись в камзол до самого носа, пискнула Жданка.

– Да так… Город-то мы отстояли, а кто сейчас в городе – не знаем. Может, эти, черные, всю городскую гвардию уже перерезали.

– Какие черные? – устало переспросил крайн.

– Ну, я ж рассказывал. Не все нам с Илкой обрадовались. Есть тут один, самый умный. А может, и не один. Городской старшина сказал, им князь Сенежский платит.

– Та-ак. А кто у них теперь городской старшина?

– Какой-то Анджей.

– Анджей Осокорь?

– Во-во, как-то так…

– Но он, должно быть, уже очень стар.

– Ага. И сердце совсем никуда.

– И цеховые старшины вертят им как хотят.

– Вот уж нет. Таким не очень-то и повертишь. Проще убить.

– Что ж, это дает нам надежду. Пойдем, поищем господина Осокоря.

* * *

Город был вымыт дождем от коньков крыш до заросших столетней грязью камней мостовой и, как захваченный Липовец, тих и безлюден. Булыжник городских улиц блестел, будто новая змеиная кожа. Вода все еще глухо урчала в водостоках, старые стены домов, отсырев, ненадолго вернули себе прежние яркие краски. Свежесть очищенного бурей воздуха была отравлена отчетливым запахом дыма. Посреди Лодейной улицы, которая, вихляясь как пьяная, взбиралась к Ратушной площади, валялся сорванный ветром жестяной петух-флюгер. Варка, ежась от холода, опасливо озирался по сторонам. Все пытался угадать, кто победил, городская гвардия или люди умного Томаша.

На перекрестке из мостовой торчала сломанная алебарда. Рядом на спине лежал человек в мокром рыбацком плаще. Однако прочая одежда на нем, включая испачканные грязью высокие сапоги, была щегольской, модной.

Варка мельком взглянул на залитый кровью камзол и обхватил Жданку, заставив уткнуться в свое плечо.

– Не смотри.

– Да ладно, – вывернулась Жданка, – я и не такое видела.

Но все же смотреть не стала. Господин Лунь, напротив, не торопясь приблизился к мертвецу и без малейшей брезгливости снял с него плащ. Варку передернуло. Но остатки крыльев оказались теперь надежно прикрыты.

Дымом пахло все сильнее. Миновали разгромленную лавку с содранными ставнями и изрубленной топором дверью. Потом еще одну, возле которой валялся расплющенный шлем стражника, громоздились остатки разбитых бочек и нестерпимо несло вином. Однако все запахи по-прежнему заглушал горький запах дыма. На улицах ночью сражались. И гроза нисколько не помешала. Крайн кривился, морщился как от кислого. Видно, его тоже терзало гнусное предчувствие, что город захвачен изнутри, без помощи главных сил хитроумного Вепря.

Словно подтверждая самые худшие подозрения, в конце улицы на фоне рассветного неба обозначились фигуры всадников. Варка тут же принялся соображать, куда бы свернуть, но дома стояли плотно, слепо глядели на мир запертыми дверями и закрытыми ставнями. И главное, мокро, холодно и сил уже никаких нет.

– Свои или чужие? – пытаясь не впасть в отчаяние и старательно изображая мужскую сдержанность, отрывисто спросил он.

– Сдается мне, рыжая, – заметил крайн, разглядывая всадников, – что ты сейчас упадешь в обморок.

– Скажете тоже. Я в обморок сроду не падала. У нас на Болоте…

– Знаю-знаю. И все-таки ты попытайся, – вкрадчиво прошептал крайн, – нам ведь что свои, что чужие – все едино. Бежали в Бренну из Поречья, жили в трущобах, трущобы затопило, еле спаслись. Ребенок при смерти.

– Ага, – протянула Жданка и тут же повисла на Варке, едва не сбив его с ног. Крайн подхватил ее на руки и неверной походкой двинулся вперед. Варка, тяжело вздохнув, потянулся следом, все ближе и ближе к грозным всадникам, пока что не обращавшим на жалкую троицу промокших нищих никакого внимания.

* * *

– Господин крайн…

– М-м-м…

– Пресветлый господин крайн…

Ощутив, что его грубо трясут за плечо, Илка вскочил как встрепанный, повалил кресло, отпрыгнул к окну. В руках сами собой возникли сверкающие волнистые клинки. Ушей достиг опасливо-восхищенный говор.

– Пресветлый господин крайн, не гневайтесь.

Илка наконец разлепил веки. Круглый кабинет ратушной башни заполняли солдаты. В первых рядах находился начальник стражи, бледный и напряженный, видимо, потому, что острие одного из клинков дрожало, почти касаясь его небритого подбородка.

– Проспать изволили, пресветлый господин крайн. Десятый час, пора на переговоры.