Читаем Кровавый трон полностью

— Я поговорила с послом, с дедушкой и приняла решение. Ты имеешь что-то против? — Я разглядывала лицо Валериана, и хоть сейчас его явно пробирала ярость, внешне он казался почти невозмутимым.

— Значит мое мнение в этом вопросе не имеет смысла? Неужели, ты не видишь — они враги!

— Я — королева Ардента, и последнее слово всегда будет за мной. Почему ты так стараешься настроить меня против Оганеса? Ты мог развязать войну между нашими королевствами своей выходкой, если бы Эван узнал… — Однако Валериан не дал мне закончить.

— Эван? Ты уже прониклась к нему трепетными чувствами? — С какой-то ехидной улыбкой произнес Валериан, но я видела его беспокойство.

«За что ему беспокоится? Боится, что я его разлюблю? Глупо. Тогда что? Как же много вопросов…»

— Почему ты против Оганеса? — Настойчиво потребовала я его дать мне ответ.

Слегка помявшись, мужчина все же произнес.

— Твой дядюшка и другие члены Сената уверены в причастности короля Оганеса к смерти родителей.

— Почему?

— Я не знаю, но они так старательно меня убеждали все это время, что я просто не мог им не поверить. — Валериан замолчал, а я обдумывала его слова.

Что-то явно не сходится. Дедушка считает темное королевство безопасным, и ему я верю безоговорочно, но Сенат утверждает обратное. Одно из звеньев этой цепочки явно пытается меня обмануть.

— А что, если… Нет. Подожди, это, наверняка, глупость.

Я вновь подняла взгляд на Валериана, его беспокойство усилилось, он нервничал и массировал пальцы на руках.

— Говори.

— Что если все это время враг был под боком? — Фраза Валериана заставила меня задуматься.

«А ведь действительно. Чем ближе враг, тем он незаметнее.»

— Если Сенат так активно обвиняет во всем Оганес, может они хотят отвести подозрения от себя?

Я никогда не рассматривала Сенат в качестве возможных заговорщиков, хотя сейчас эта идея казалась мне одной из самых реальных. Им нужна власть, и после смерти отца они ее получили. Их отношение ко мне ужасно, как раз, возможно, потому что я мешаю им.

— Думаю, в твоих словах есть правда, — я опустила взгляд вниз, стараясь собрать в голове полную картинку. Валериан нежно опустил свои руки на мои плечи и произнес.

— Чтобы ты сейчас не решила, я на твоей стороне.

Его голос вселил в меня уверенность и надежду на возможную поимку преступников. Спустя столько лет, похоже, я, действительно, добралась до разгадки.

* * *

Дорогие, тяжелые, позолоченные двери распахнули передо мной. Зал Сената нисколько не изменился, возможно, только пару статуэток, инкрустированных изумрудами прибавилось. Дядюшка обожает изумруды. Он говорил, что их цвет напоминает ему роскошь и подчеркивает его статус, как по мне, рубины куда восхитительнее. За столом сидели все члены многоуважаемого Сената, и все их взгляды сейчас скрестились на мне. Некоторые возмущенные, еще бы я помешала им принять очередной закон без моего ведома, другие изумленные, видимо, мое появление произвело должный эффект, именно тот, которого я добивалась. С момента разговора с измученным послом мои глаза пришли в более-менее приличный вид, а то королева, не умеющая держать стихию в узде, не вызвала бы у Сената уважения. Единственное — замечание дядюшки, а так я была серьезна, собрана, и за моей спиной стояло войско, готовое выполнить любой мой приказ. Пятьдесят королевских вооруженных солдат по-настоящему наводили страх. По крайней мере, если бы я была на месте Сената — боялась бы.

— В темницу всех. Каждого в отдельную камеру, — окинула я взглядом комнату и наткнулась на глаза дядюшки. — Лорда Мандрагорского запереть в той же, где держали посла Оганеса, никого к нему не впускать. Впрочем, не пропускать никого ко всем заключенным.

* * *

После взятия Сената под стражу меня обуяло удовлетворение. Казалось, моя цель достигнута, возможные заговорщики найдены. Наконец пазл в моей голове начал складываться. Все это время они меня на дух не переносили, чуть-ли не смерти желали. И все же, иногда я думала, что ошиблась.

Если они убили родителей, то почему я все еще жива? Почему на меня не повторили покушение, ведь было много моментов, когда я была без стражи.

Вопросов меньше не стало. Я ощущала себя в запутанном лабиринте, будто хожу кругами, врезаюсь в тупики, а когда наконец хватаюсь за ниточку, ведущую меня к выходу, вновь возвращаюсь в начало.

«Эли, ты сходишь с ума.» — Потерев виски, подумала я.

Вероятно, если я ошиблась, моя оплошность обойдется мне слишком дорого. Но, если я права, если Сенат замешан в смерти королевской семьи, я лично положу их голову на плаху.