Читаем Кровавый передел полностью

— Пронин, старший лейтенант… — и махнул рукой с удостоверением спасателя на водах. ОСВОД всегда находится на страже и защите секс-меньшинств, это правда.

— Ну проходите, — пожал плечиком. — Только его у меня нет.

— А где же он?

— Вам лучше знать, — было заявлено со всем юношеским максимализмом. Я его дня три не видел. Неделю.

— Лучший дружок, как так? — удивился я. — Если бы лейтенант Стручков на службу не являлся. Три дня. Мы бы забеспокоились, сослуживцы. Так, лейтенант?

— Угу, — отозвался тот, усаживаясь в кресло.

Квартира отражала принцип нашего времени: все барахло в дом. Безвкусная мебелишка, огромный, как иллюминатор атомной подводной лодки, телевизор, радиоаппаратура, два видеомагнитофона, несколько репродукций типа «Грачи прилетели» и пианино, используемое в качестве обеденного стола. Магнитофон ныл юношеским фальцетом о том, что «…ну вот и все. Не нужно мне с тобою быть. И день и ночь. Ну вот и все. Пора луне в осенних тучах скрыться прочь. Не нужно все. Прошу, не плачь. Не думал я, что разлюблю… А белый снег убил цветы…».

— У нас с Рафом сложные отношения, — ответил юнец, выключив музыкальные стенания. — А не такие, как, извините, у вас, сослуживцев.

— И что же это за отношения?

— А это не ваше дело, — с тихой ненавистью взвизгнул голубок. — Я отказываюсь отвечать на вопросы. Солдафонские, вот!

Я заинтересовался состоянием нашего собеседника. Нервным, как у двадцатилетней чухи в период первой беременности. От страха за себя и маленького, умненького головастика сей безмозглый инкубатор готов зубами рвать безразличный к её состоянию мир. Будто мир раздвинул ей ноги и вдул в парадную щель новую жизнь. Впрочем, в таких случаях все ясно. А вот какими переживаниями обременен юноша ещё утробного развития? Под песенное блеяние. С такими разговаривать по душам бесполезно, и пить коньячок тоже, они слишком заняты своим внутренним миром. И чувствами. К таким необходим неожиданный подход. Или притопить в унитазе. Или купить букетик маргариток.

— Утюг есть? — спросил я, решив пойти на крайние меры, чтобы попусту не терять времени.

— Есть, — удивился Евгений. — А зачем он вам?

— Здесь вопросы задаю я, — проговорил старший лейтенант Пронин в моем лице. — Где утюг?

— На кухне.

— Лейтенант Стручков, будьте добры, утюжок…

— Есть, — хмыкнул Никитин и отправился за бытовым предметом, удобным при разговорах с влюбленными романтиками.

Юноша не понимал наших действий и был весьма заинтригован. Что за новые методы у милиции? Советской (б). Утюжок, между тем, был принесен и подключен к розетке. Когда слюна лейтенанта Стручкова зашкварчала на гладком, матово отражающем действительность металле, я резким движением придушил несчастного, а вторым движением содрал с его седла удобные в этом смысле тренировочные штанишки. Понимаю-понимаю, что наношу психологическую травму юному организму, а что делать? Если они ничего не воспринимают, кроме теплого утюга.

Понятно, что жертва нашего произвола забилась в истерическом шоке, пытаясь высказать претензии методам ведения дружеской беседы. Но я её прервал аккуратным внушением:

— Ша, веди себя тихо, как в могиле. И отвечай на вопросы. Иначе прогладим твои вислые бейцалы, а это, как показывает практика, весьма неприятно. Для окружающих. Так пахнет паленым… Да, лейтенант Стручков?

— Угу, — сурово подтвердил тот, держа в боевой готовности остроносый предмет для глажки белья и нежных, как французские платки, щек и поп некоторых упрямцев.

Молодой герой понял, что пришло время раскаяния во всех смертных грехах. Что и говорить, не каждый комсомолец, пусть и бывший, выдержит пытку электронагревательным прибором. Нет, родные яйца все-таки ближе к телу, чем какие-то заоблачные принципы и убеждения. И через пять минут мы уже владели всей необходимой информацией. Для дальнейших действий. С утюгом наперевес.

А дело было проще пареной репы, если выражаться языком аграриев. Оказывается, у мальчиков была сумасшедшая, по гроб жизни, дуплетная[203] любовь. С восьмого класса. О которой, разумеется, никто не подозревал. И все было прекрасно. И о! Какая была чудная поездка за золотыми яблоками в Иберию. Куда-куда, не поняли мы. Иберия — это древнее название Испании. Существует легенда, что за такими яблочками наведывался Геракл. Понятно, группа решила пойти по стопам греческого героя. А где ещё побывали любопытные школьники? Ах, в Севилье и Гранаде? И с кем там были встречи? Рафаэля? И его мамы?

— Не помню, — пожал плечами несчастный Евгений. — Там много встреч было. Нас встречали, как…

— …Геракла, — хмыкнул я. — И что же дальше? После поездки? Ничем таким сокровенным не делился товарищ?

— Не-е-ет, — поразмышляв, ответил юноша. — Не помню…

— Ладно, проехали, — отмахнулся я. Хотя странно: в одной койке — и без душевных откровений. Видимо, семейная тайна Ш. есть тайна государственного значения. — И что же дальше?