Читаем Кровавое копье полностью

— А мы можем вычислить, в какой она квартире?

— Без программы, отслеживающей местоположение мобильников, — нет. У меня точность в пределах тридцати метров, а по вертикали совсем приблизительно получается. Телефон может находиться и на первом, и на шестом этаже, а я разницы не увижу. Но я покручусь возле этого дома и прихвачу термосканер. Так что пойдем не вслепую.

— Ты понадобишься мне. Будешь руководить людьми, выставленными по периметру дома, чтобы за нами туда никто не прорвался. Ты как?

— Сделаю все, что возможно, — ответил Дейл.

— Агенты ФБР вызвались помочь. Будут следить за окрестностями. Так что, по идее, никаких сюрпризов быть не должно. Сколько времени тебе нужно, чтобы хорошенько осмотреться?

— Почему бы не встретиться на месте через тридцать минут? — предложил Дейл.

— Годится. Я тебе позвоню, как только мы тронемся отсюда.

Мэллой позвонил администратору гостиницы «Ройял меридиен» и попросил соединить с номером Джима Рэндела. Когда тот взял трубку, Мэллой сказал:

— Вам пора выезжать.

Дэвид Карлайл спал, когда зазвонил сотовый.

— Да? — пробормотал он, сев на кровати и пытаясь проснуться.

— Кто-то только что похитил Хуго Олендорфа.

Мужчина запрокинул голову и выругался.

— Когда?

— Незадолго до полуночи.

— Мэллой?

— Полицейские пока выясняют. Подробностей у меня нет. Знаю только, что Олендорф исчез, а куда — неизвестно. А Мэллой только что звонил Рэнделу. Что говорил, не знаю, но Рэндел тут же связался с Саттером и сказал, что пора трогаться.

Карлайл улыбнулся.

— Значит, ждем гостей?

— Буду знать точнее — сообщу.

Мэллой дал знак Кейт и Итану пройти в спальню. Закрыв дверь, он сказал им:

— Возможно, мы обнаружили Чернову и Джека Фаррелла.

Он вытащил из кармана листок с адресом. Итан с помощью навигатора проложил курс.

— Альтштадт, — сообщил он и показал Кейт и Мэллою электронную карту.

Все трое некоторое время разглядывали схему улиц. В зависимости от интенсивности уличного движения, которая в данный момент еще довольно высока, но вскоре должна пойти на убыль, до указанного дома можно добраться меньше чем за десять минут.

— А что мы будем делать с Хуго? — спросила Кейт.

— У нас есть минут пятнадцать — двадцать. Давайте попробуем выяснить, много ли народа здесь работает на Чернову.

— Мало времени, — покачал головой Итан.

— Нам ведь не нужно, чтобы он выложил абсолютно все. Только основное. Теперь слушай, Итан. Если мне будет нужно привлечь его внимание, слегка хлопай его по затылку ладонью или по лбу тыльной стороной руки. Не больно. Надо просто добиться, чтобы он сосредоточился на ситуации. Пусть у него возникнет впечатление, что ты хотел бы ему врезать как следует, но я не разрешаю, — Мэллой указал на Кейт. — Ты у нас темная лошадка. Когда тебе что-то не будет нравиться, начинай ходить по комнате. Проявляй нетерпение. Делай вид, что тебе не терпится ударить Олендорфа, потому что ты знаешь, как выколачивать из людей сведения.

Кейт кивнула.

— Покажись. Потом зайди ему за спину. Оставайся в этой одежде, маску не снимай. Ему необязательно знать, что ты женщина, поэтому не разговаривай без необходимости. Пусть гадает, кто ты, пытается понять, какова твоя роль во всем этом. Когда я тебе велю что-то сделать, не теряйся. Все должно выглядеть так, будто ты сама только того и хотела, о чем я тебя попросил.

Они вышли из спальни. Мэллой сел на стул с жесткой спинкой — точно такой же, как тот, к которому был привязан Олендорф. Почти касаясь коленями коленей Олендорфа, он вытер его лицо полотенцем, смоченным в холодной воде.

— Что вам нужно? — спросил Олендорф по-немецки.

Его кожу покрывал сильный загар. Темные волосы на макушке поредели, на висках поблескивала седина. Для человека, которому немного за пятьдесят, он был в очень хорошей форме. Мэллой не сомневался: в другой обстановке бывший прокурор выглядел бы умным, обаятельным мужчиной. Но в пижаме, в шлепанцах, с выпученными глазами и растрепанными волосами он походил на достойного кандидата для психиатрической лечебницы.

— Кофе хотите? — осведомился Мэллой, употребив берлинский диалект, сдобренный элементами русской интонации. Ему хотелось хорошенько припугнуть Олендорфа.

— Я хочу знать, что происходит!

— Говорите тише, — спокойно посоветовал Мэллой, хотя уровень шума его нисколько не волновал.

Пленник громко выругался. Мэллой бросил взгляд на Итана. Тот шлепнул Олендорфа по затылку и сжал пальцы в кулак, всем своим видом показав, что способен и на менее нежное обращение. Мэллой отрицательно махнул рукой. Бывший прокурор дерзко взглянул на Итана, лицо которого скрывала маска, но промолчал. Его поведение говорило о многом. Он не привык, чтобы ему приказывали, его не так просто было запугать. Всю свою профессиональную жизнь он провел в уголовных судах, общаясь с людьми типа Ксено и Елены Черновой, и, видимо, полагал, что с преступниками разговаривать умеет. Сейчас он явно решил, что первое правило — не выказывать страха.

— Кофе хотите? — снова спросил его Мэллой.

Олендорф на миг задумался и ответил:

— Да.