Читаем Кровавое копье полностью

Джейн обещала подумать, но Мэллой ответил ей, что этого мало. Поверхностный обзор и даже длительное постоянное наблюдение могут и не сработать. В конце концов окажется, что собранных доказательств недостаточно, и Фаррелл избежит суда. Мэллой предложил Джейн другую программу действий: ей следовало дать команду SEC,[19] чтобы они отслеживали любые нарушения, допускаемые компанией Фаррелла, какими бы незначительными они ни казались. Мэллой сказал, что выйдет на Фаррелла, как только федеральный прокурор выдвинет против того обвинения. «Если он согласится сотрудничать, мы сможем избавить его от суда. Если упрется, пусть на личном опыте проверит, так ли страшны наши тюрьмы, как о них говорят».

«Если он чист, а я натравлю на него такую серьезную организацию, как SEC, мне не поздоровится».

«Поверь мне, — ответил тогда Мэллой, — у Джека Фаррелла рыльце в пушку, и он будет говорить».

«Если ты ошибаешься, Ти-Кей, — сказала Джейн, — поверь мне, я тебе ноги оторву».

Как и прогнозировал Мэллой, наблюдатели из комиссии по ценным бумагам нашли очень мало нарушений в деятельности компании Джека Фаррелла. Впрочем, было отмечено вполне достаточное количество сомнительных моментов, и этого хватило для того, чтобы убедить необычайно наивное жюри присяжных, которое семью голосами признало действия Фаррелла незаконными. Кроме того, двумя голосами он был обвинен в лжесвидетельстве и тремя — в противодействии следствию, а все из-за того, что сам он клялся, что невиновен. Непосредственно перед арестом Фаррелл понял, к чему идет дело, и сбежал. Это не вызвало общественного резонанса: Фаррелл оказался хорошо известен лишь в узких кругах. Порой он заводил романы со знаменитостями из списка «В», время от времени его фотографии появлялись на страницах таблоидов, но все же он был не из тех людей, о которых говорят повсюду. Ситуация изменилась, когда стало известно, что Фаррелл бежал с одной из своих приближенных по бизнесу, прихватив львиную долю капитала корпорации — около полумиллиарда долларов. Это уже серьезно.

Через два дня ФБР установило, что Фаррелла нужно искать в Монреале, но там его уже не было — улетел не то в Ирландию, не то еще куда-то. К тому времени, как секретаршу обнаружили в одном из барселонских отелей, имя Джека Фаррелла еще привлекало внимание американских средств массовой информации, но скандал явно пошел на убыль. Беглец из преступника превратился в человека, которого, вероятно, обвинили напрасно. Группа поднаторевших на финансовых скандалах журналистов поставила под вопрос решение SEC относительно Фаррелла. Мягко говоря, обвинения против Фаррелла начали дурно пахнуть. Никто не шептал печально известные буквы: «Ц-Р-У», но сотрудники SEC сильно занервничали, и не без причины.

Предыдущим вечером — в Гамбурге была полночь — местная полиция получила анонимный телефонный звонок о местонахождении Фаррелла. Полицейские немедленно выехали к пятизвездочному отелю в центре города. Они опоздали на пять минут. Последние выпуски новостей на восточном побережье США взорвались бурей возмущения по поводу этого рейда. А выходившие до этого утренние ток-шоу уже успели превратить Джека Фаррелла в народного героя Америки. Его окрестили беглым миллиардером.

— Парня поймают, — пробормотала Джейн. — Ему придется вернуться и предстать перед судом. Когда это случится, журналисты выйдут на наше агентство. Директор без труда выяснит, кто виноват. Я тоже.

— Скажи, что я должен сделать.

— Нужно, чтобы Джек Фаррелл исчез.

Мэллой чуть заметно запрокинул голову и протяжно вздохнул.

— Исчез? — наконец проговорил он.

— Умер, уехал, оказался в немецкой тюрьме до скончания дней. Делай что хочешь. Только не дай ему возвратиться в Нью-Йорк или в любое место, откуда его могут экстрадировать в США.

— Пожалуй, это в моих силах.

— В комнате отеля Фаррелл оставил два паспорта. Одним из них он пользовался. Второй, по всей видимости, был запасным. Он не станет пытаться покинуть Германию без нового удостоверения личности, а мой источник в Гамбурге сообщил, что для получения поддельных документов нужно потратить минимум три дня, а скорее — неделю. Конечно, мы не знаем, в городе ли Фаррелл до сих пор. Он мог уехать в Берлин, но обнаруживать себя сейчас отнюдь не в его интересах, а пока он совершал только очень умные шаги. В Гамбурге ему затаиться проще. Он отсидится там неделю, получит новый паспорт и где-нибудь без труда пересечет границу.

— Я завтра же вылечу на место и со всем разберусь.

— Твой самолет вылетает сегодня, поздно вечером. Нам нужно торопиться, Ти-Кей. Если немцы доберутся до Фаррелла быстрее, они просто по злобе могут передать его США. Если это случится, нам с тобой не избежать последствий.

Мэллой посмотрел на часы.

— И еще одно, — сказала ему Джейн. — Пока об этом не объявлено, но в вечерних новостях скажут. Новую спутницу Джека Фаррелла зовут Елена Чернова.

Мэллой часто заморгал. Он знал это имя, но никак не связывал его с Джеком Фарреллом.

— Номер седьмой в интерполовском списке самых разыскиваемых персон?

— Частенько заглядываешь туда? — спросила Джейн.