Читаем Кровавое копье полностью

— Мы с Сарой уберегаем его от скандала, но при этом он нас обеих искренне любит. Сара для него — все на свете, и он прекрасно к ней относится. Он очень добрый человек, Отто.

Ран поднял с пола рюкзак и положил его рядом с Эльзой.

— Если ты покажешь это Дитеру, — сказал он, — он отнимет его и у тебя не будет ничего, что сможет помочь тебе и Саре, если за вами придут.

— Я не понимаю. С какой стати кому-то…

— Спрячь это от него до тех пор, пока оно не понадобится, и я думаю, он может этим воспользоваться, чтобы спасти вас.

— Отто, никто нас никуда не собирается забирать! Нашей тайне ничто не грозит!

— Больше нет безопасных тайн. Достаточно, чтобы служанка просмотрела твои письма или какой-нибудь бюрократ проверил твое происхождение…

— Ты считаешь меня еврейкой?

— Я специалист по генеалогическим исследованиям, Эльза.

— Значит, ты знаешь?

— Не медли, — сказал он. — Посмотри. Это может спасти тебе жизнь.

Эльза с интересом взглянула на рюкзак.

— Что там?

— Открой.

Эльза вытащила из рюкзака потертую золоченую шкатулку и положила на колени.

— Загляни внутрь.

Открыв крышку, Эльза увидела кусок ржавого железа, лежащий на полуистлевшей льняной тряпице. Она недоуменно посмотрела на Рана. По всей видимости, Бахман ей ничего не рассказал.

— Что за тайны, Отто?

— Пообещай мне, что ты спрячешь это там, где никто его не сможет найти.

— Я не понимаю!

— Это очень нужно Гиммлеру, и с его помощью Дитер сможет спасти жизнь тебе и Саре.

— Отто, что ты натворил?

— Эльза, дай слово, что скажешь об этом Бахману, только если вам с Сарой будет грозить беда! Не ради себя, так ради дочери, пообещай!

— Ты думаешь, ему нельзя доверять — даже если он будет знать, что это может спасти жизнь Сары?

— Он постарается убедить себя в том, что девочке ничего не грозит. Он очень хорошо умеет лгать себе. Как и все мы, честно говоря.

— Если Гиммлеру нужна эта вещь, он найдет ее! Ты не спасешь меня, Отто! Ты втягиваешь меня в нечто ужасное!

— Мы все втянуты в нечто ужасное, Эльза. К тому же Гиммлеру не придет в голову подумать о тебе. Он будет охотиться за мной.

Она смотрела на него отчаянно, беспомощно. Он никогда не видел ее такой.

— Ты не вернешься?

— Я хочу увидеть Сару, а потом уйду.

Куфштайн, Австрия

15 марта 1939 года

Через два дня рейхсфюрер узнал о том, что Отто Ран увел машину со служебной стоянки. На третий день стало известно, что он выкрал Антиохийское копье из Вевельсбурга. Осознав, что совершил Ран, Гиммлер решил не привлекать гестапо. Командовать операцией он поручил Бахману.

— Чего бы это ни стоило, сколько бы времени ни потребовалось, — сказал он, — но вы найдете, где он его спрятал!

— Несомненно, рейхсфюрер!

— Что касается доктора Рана: как только вы заберете то, что он похитил, я хочу, чтобы его привезли в Берлин. Я лично встречусь с ним перед тем, как он будет расстрелян.

Действуя согласно непосредственным распоряжениям Гиммлера, Бахман объявил охоту на Рана по всей стране. Кроме того, он отправил своих людей на юг Франции и в Женеву, зная, что там у Отто есть старые друзья. Штаб розысков Бахман разместил в Берлине, где координировал работу нескольких команд. Днем и ночью его личный самолет был наготове. Штандартенфюрер приказал звонить ему в любое время, как только Ран будет схвачен. В первую ночь после побега Отто Бахман уснул, но вскоре проснулся и рывком сел на кровати. Во Франции и в Швейцарии беглеца не нашли, он не пересекал границу. Бахман понял, что Ран никуда не скрылся. Он по-прежнему находится в Германии.

«Мы замышляем убить Гитлера!» Так он сказал как-то вечером, когда Бахман заметил, что они о чем-то шепчутся с Эльзой. Шутка, конечно, но было в глазах Отто в этот момент что-то такое…

На следующее утро, так и не уснув, Бахман приказал еще раз обыскать квартиру Рана и его кабинет. У десяти агентов ушло три дня, прежде чем они обнаружили, что Ран взял с собой планы «Орлиного гнезда». Оставалось немногим больше месяца до дня рождения фюрера, который он собирался отпраздновать в новом поместье, и Ран — обреченный романтик с извращенными понятиями о добре и зле — намеревался быть там в это время!

В понедельник, тринадцатого марта, Бахман вылетел в Берхтесгаден и распорядился провести негласное прочесывание населенных пунктов. Разыскивали военного в отпуске, тихо проводившего время. Поздно вечером в среду один из агентов Бахмана сообщил о высоком, довольно молодом гауптштурмфюрере СС, который снял комнату у вдовы в местечке Куфштайн — менее чем в сорока километрах от Берхтесгадена.

Дитер выехал туда, как только стемнело.