Читаем Кровь полностью

Доктор решительным тоном произносит:

– Naj to končno pogledam! (Позволь, наконец, взглянуть!) – и с молчаливого согласия Ирены забирает у Лизы тетрадь. Его взгляд останавливается на словах «Nerazdružljive zveze med lastnikom in njegovim novincem» («Нерушимая связь хозяина и обращенного»).

Но тут к группе подходит инспектор. Вид у него озабоченный:

– Doktor, težavo imamo, (Доктор, у нас возникла проблема.) – он указывает поворотом головы в сторону сцены, где в окружении нескольких пожилых мужчин стоит крепкого вида высокий, жилистый человек, ровесник доктора Пеклича. По его одежде очевидно, что он католический священник. Доктор поспешно снимает очки и переводит пытливый взгляд со священника на полицейского. Инспектор напряженно комментирует:

– To je oče Jožef Pelgram. Pridite, predstavil vaju bom. (Это отец Жозеф Пельграм. Пойдемте, я вас познакомлю.)

Доктор, застыв с очками в руке, секунду наблюдает за тем, как священник что-то энергично вещает окружающим его слушателям, затем делает, глубокий вздох, как будто собираясь с силами, сосредоточенно кивает и уходит вслед за инспектором.

Лиза успевает крикнуть:

– Don't forget, you've promised to drive me to the highway! (Не забудь, что обещал довезти меня до шоссе!)

Доктор, не оборачиваясь, вскидывает руку в знак того, что услышал слова внучки. И Лиза обреченно откидывается на спинку кресла, но на лице её написано нескрываемое желание поскорее двинуться в путь.

Мысли Лизы прерывает Ирена:

– Liza, in niste našli, ali obstaja nadaljevanje... no, o žrtvah vampirja? (Лиза, а Вы сами не нашли, есть ли там продолжение... ну, про жертв вампира?)

Лиза сначала смотрит на Ирену с непониманием, а затем, сообразив, о чем речь, беспечно поясняет:

– Da sem hotela samo dražiti dedka. (Да я хотела просто подшутить над дедом.)

Ирена бросает взгляд на спящую Бэлу и с сожалением говорит:

– To bi lahko zelo dobro prišlo. (Это могло бы пригодиться.)

Лиза извиняющимся тоном:

– Vešte, tam res ni reda. In se ne spomnite, kje ste to dobili? (Вы, знаете, там и, правда, никакого порядка. А Вы не помните, откуда Вы это выписали?)

Женщина огорченно сжимает яркие губы и качает головой:

– Najverjetneje mi je nekdo to povedal. Bilo je veliko lokalnih prepričanj o vampirjih. Zdaj pa je ostalo zelo malo starih ljudi in še manj starih domačinev. (Скорее всего, кто-то мне это рассказал. Здесь было много местных поверий о вампирах. Но теперь стариков осталось совсем мало, а старожил и того меньше.)

Лиза глубокомысленно молчит в ответ. Посидев некоторое время в молчании, она начинает нетерпеливо ерзать и выжидательно вздыхать, бубня себе под нос: «Oh, please! Come on, come on...» («Ну же! Ну, сколько можно...») Ирена, сочувственно наблюдая за мучениями Лизы, решается заговорить, очевидно, желая как-то скрасить тягостное ожидание:

– Ko ste bili v gradu... (А когда вы были в замке...)

Но тут Лиза поднимается со словами:

– Grem na toaleto. Ne bi prestregli mojega dedka? Ali pa spet bo zbežal nekam, in pozabil me. (Схожу в туалет. Вы не задержите дедушку? А то он опять убежит куда-нибудь, а про меня забудет.)

Ирена кивает:

– In medtem bom Belo zbudila. (А я пока разбужу Бэлу.)

***

Перенасыщенно ярко. Вид от первого лица. Громов рывком снимает со своего лица маску и обнажает угрожающий оскал желтоватых зубов. Неумолимо приближаются тускло поблёскивающие за стеклами очков бесцветные холодные глаза. Крик! Шаг назад. Громов вгрызается в шею рыжеволосой девушки. Её голова бессознательно откинута назад, широко раскрытые карие глаза бессмысленно смотрят в пустоту, приоткрытый рот ловит воздух. Вампир отрывается от жертвы – под его ртом обильно растекается кровавое пятно глубокого неровного укуса. Интенсивно-алая струя крови сбегает по шее вниз за высокий ворот бордового свитера. Лицо вампира остается совершенно чистым, лишь слегка окрашены кровью хищные клыки.

Шаг вперед. Перемотка назад: Громов отстраняется, надевает маску, убирает протянутую руку. Стоп. Рука снова ложится на плечо. Это рука Драгана. На ночной парковке перед баром. Слепит огонь жёлтых фонарей. Голубые глаза Драгана смотрят пронзительно и бесстрастно. Рука, одетая в перчатку, вкладывает в женскую ладонь подсвечник. Подрагивает оранжевое пламя свечей.

Взгляд вперед. В зелёной глубине зеркала стоят двое: худощавый мужчина неопределенного возраста, бородатый и бледный, и полноватая рыжеволосая девушка с испуганными выражением осунувшегося лица. Драган смотрит в зеркало льдистыми голубыми глазами – отражение отвечает ему бархатистым взглядом карих глаз.

Кареглазый двойник поднимает руку и обнаженной кистью прикасается к лицу застывшей в оцепенении девушки. От прикосновения её лицо розовеет, рыжие волосы разлетаются огненной вспышкой. Отражение девушки множится. Первое остается на месте, следующее более прозрачное уже на шаг ближе к отражению Драгана, следующее – ещё ближе и прозрачнее, ближе и прозрачнее. И последнее наконец поджигает себя и Драгана пламенем свечей.