Читаем Кризис полностью

Опиум полностью изменил характер торговли между Западом и Востоком. Поражают масштабы этого жуткого бизнеса: до 1917 года британцы ввезли в Китай 20 тысяч тонн (!) опиума.

Параллельно из Китая выехало примерно 5 миллионов китайских рабочих — кули. После отмены рабства англичанам были очень нужны гастарбайтеры: китайцы трудолюбивы и неприхотливы, это вам не прожорливые негры, горсточка риса — и все.

Для найма кули и отчасти оплаты их труда в нечеловеческих условиях обычно снова использовались наркотики. Отсюда в английском языке появился глагол «шанхаить» (to shanghai).

«Ошанхаить» — значит одурманить и обманным путем нанять на работу…

Опиумные войны — это классический пример того, как кризис навязывается силой оружия.

Сначала кризис в Китае после поражений в опиумных войнах был чисто финансовым… Но он быстро перерос в политический. В стране вспыхнула гражданская война тайпинов, унесшая до 15 миллионов жизней. Китай заставили курить наркотики и тем самым сняли с дистанции опасного конкурента.

«Пока Китай остается нацией наркоманов, нам не стоит бояться того, что эта страна превратится в серьезную военную державу, так как эта привычка высасывает жизненную силу из китайцев», — заявлял без обиняков в 1895 году британский консул в Китае Джефф Херст.

…Хорошо все-таки, что у Александра I и его наследников хватило ума не попасть под пяту Священной Британии. Страшно даже представить, какую участь уготовили бы нам эти цивилизаторы, исключительно — во имя торжества мировой демократии.

Впрочем, то, что не удалось сделать тогда, в XIX веке, с лихвой было компенсировано столетием позже. Только уже не британцами, а новыми властителями мира — американцами…

Звездно-полосатая пирамида

Развал Советского Союза был выгоден США во всех отношениях, и не только потому, что — вновь процитируем Клинтона — «из войны за мировое господство» было выведено «государство, составляющее основную конкуренцию Америке». Вновь, как и в случае с Китаем, Штаты получили гигантский рынок сбыта для своих черепков.

Еще одна цитата Билла Клинтона времен его президентства (1995 год):

«Мы добились того, что собирался сделать президент Трумэн с Советским Союзом посредством атомной бомбы… Да, мы за-тратили на это многие миллиарды долларов, а они уже сейчас близки к тому, что у русских называется самоокупаемостью: за четыре года мы и наши союзники получили различного стратегического сырья на 15 млрд долларов, сотни тонн золота, драгоценных камней и т. д. Под несуществующие проекты нам переданы за ничтожно малые суммы свыше 20 тыс. тонн меди, почти 50 тыс. тонн алюминия, 2 тыс. тонн цезия, бериллия, стронция и т. д.».

Клинтон Уильям Джефферсон (Билл)(р. 1946) — 42-й президент США в 1993–2001 гг. В нашей памяти остался как непревзойденный игрок на саксофоне и герой сексуального скандала с Моникой Левински. Кроме того, он пытался призывать на службу в армию гомосексуалистов. Ельцин называл его «другом Биллом».

«Друг Билл» умело пользовался известными слабостями «друга Бориса». На встречах и переговорах он банальным образом подпаивал российского президента, парализуя у него всякую волю к сопротивлению.

На саммите в 1995 году, накачав Ельцина калифорнийским вином, Клинтон убедил его не выходить из договора по ограничению обычных вооружений в Европе. Еще раньше «повеселевший» Ельцин согласился с расширением НАТО на Восток.

«По меньшей мере, он не агрессивен, когда пьян», — саркастически изрек как-то Клинтон


Стоит ли добавлять, что медь, алюминий и стронций вывозился из России за бесценок: во-первых — по ценам просто бросовым, а во-вторых — за доллары, которые для самого покупателя ничего не стоили, одно слово — черепки.

Развал СССР в очередной раз оттянул коллапс американской экономики. До середины 1990-х американцы фактически управляли нашей страной. Вся приватизация, создание рынка ценных бумаг велись исключительно по рецептам, написанным заокеанскими советниками; и вовсе не из альтруизма и человеколюбия.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Свой — чужой
Свой — чужой

Сотрудника уголовного розыска Валерия Штукина внедряют в структуру бывшего криминального авторитета, а ныне крупного бизнесмена Юнгерова. Тот, в свою очередь, направляет на работу в милицию Егора Якушева, парня, которого воспитал, как сына. С этого момента судьбы двух молодых людей начинают стягиваться в тугой узел, развязать который практически невозможно…Для Штукина юнгеровская система постепенно становится более своей, чем родная милицейская…Егор Якушев успешно служит в уголовном розыске.Однако между молодыми людьми вспыхивает конфликт…* * *«Со времени написания романа "Свой — Чужой" минуло полтора десятка лет. За эти годы изменилось очень многое — и в стране, и в мире, и в нас самих. Тем не менее этот роман нельзя назвать устаревшим. Конечно, само Время, в котором разворачиваются события, уже можно отнести к ушедшей натуре, но не оно было первой производной творческого замысла. Эти романы прежде всего о людях, о человеческих взаимоотношениях и нравственном выборе."Свой — Чужой" — это история про то, как заканчивается история "Бандитского Петербурга". Это время умирания недолгой (и слава Богу!) эпохи, когда правили бал главари ОПГ и те сотрудники милиции, которые мало чем от этих главарей отличались. Это история о столкновении двух идеологий, о том, как трудно порой отличить "своих" от "чужих", о том, что в нашей национальной ментальности свой или чужой подчас важнее, чем правда-неправда.А еще "Свой — Чужой" — это печальный роман о невероятном, "арктическом" одиночестве».Андрей Константинов

Евгений Александрович Вышенков , Андрей Константинов , Александр Андреевич Проханов

Криминальный детектив / Публицистика
За что Сталин выселял народы?
За что Сталин выселял народы?

Сталинские депортации — преступный произвол или справедливое возмездие?Одним из драматических эпизодов Великой Отечественной войны стало выселение обвиненных в сотрудничестве с врагом народов из мест их исконного проживания — всего пострадало около двух миллионов человек: крымских татар и турок-месхетинцев, чеченцев и ингушей, карачаевцев и балкарцев, калмыков, немцев и прибалтов. Тема «репрессированных народов» до сих пор остается благодатным полем для антироссийских спекуляций. С хрущевских времен настойчиво пропагандируется тезис, что эти депортации не имели никаких разумных оснований, а проводились исключительно по прихоти Сталина.Каковы же подлинные причины, побудившие советское руководство принять чрезвычайные меры? Считать ли выселение народов непростительным произволом, «преступлением века», которому нет оправдания, — или справедливым возмездием? Доказана ли вина «репрессированных народов» в массовом предательстве? Каковы реальные, а не завышенные антисоветской пропагандой цифры потерь? Являлись ли эти репрессии уникальным явлением, присущим лишь «тоталитарному сталинскому режиму», — или обычной для военного времени практикой?На все эти вопросы отвечает новая книга известного российского историка, прославившегося бестселлером «Великая оболганная война».Преобразование в txt из djvu: RedElf [Я никогда не смотрю прилагающиеся к электронной книжке иллюстрации, поэтому и не прилагаю их, вместо этого я позволил себе описать те немногие фотографии, которые имеются в этой книге словами. Я описывал их до прочтения самой книги, так что можете быть уверены в моей объективности:) И еще я убрал все ссылки, по той же причине. Автор АБСОЛЮТНО ВСЕ подкрепляет ссылками, так что можете мне поверить, он знает о чем говорит! А кому нужны ссылки и иллюстрации — рекомендую скачать исходный djvu файл. Приятного прочтения этого великолепного труда!]

Сергей Никулин , Игорь Васильевич Пыхалов

Документальная литература / Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Проблемы международной пролетарской революции. Основные вопросы пролетарской революции
Проблемы международной пролетарской революции. Основные вопросы пролетарской революции

Объединение в настоящем томе двух в разное время вышедших книг («Терроризм и коммунизм») и «Между империализмом и революцией»), оправдывается тем, что обе книги посвящены одной и той же основной теме, причем вторая, написанная во имя самостоятельной цели (защита нашей политики в отношении меньшевистской Грузии), является в то же время лишь более конкретной иллюстрацией основных положений первой книги на частном историческом примере.В обеих работах основные вопросы революции тесно переплетены со злобой политического дня, с конкретными военными, политическими и хозяйственными мероприятиями. Совершенно естественны, совершенно неизбежны при этом второстепенные неправильности в оценках или частные нарушения перспективы. Исправлять их задним числом было бы неправильно уже потому, что и в частных ошибках отразились известные этапы нашей советской работы и партийной мысли. Основные положения книги сохраняют, с моей точки зрения, и сегодня свою силу целиком. Поскольку в первой книге идет речь о методах нашего хозяйственного строительства в период военного коммунизма, я посоветовал издательству приобщить к изданию, в виде приложения, мой доклад на IV Конгрессе Коминтерна о новой экономической политике Советской власти. Таким путем те главы книги «Терроризм и коммунизм», которые посвящены хозяйству под углом зрения нашего опыта 1919 – 1920 г.г., вводятся в необходимую перспективу.

Лев Давидович Троцкий

Публицистика / Документальное